– Ну, что ж придётся драться, – тон Исао был, как всегда, невозмутим.
– Больше ничего не мог придумать, а, Велизар?! – обычно тихий голос Макото звучал на пределе децибел. – Поэтому просто послал адских гончих? Фантазии не хватило, чёртов демон?!
Когда голос Макото стих, всем троим показалось, что атмосфера неуловимо изменилось, словно вот-вот должно было произойти что-то. Даже рык гончих больше не доносился до их ушей. Но это продлилось не дольше нескольких секунд, а потом звериное урчание усилилось, жёлтые огни глаз стали приближаться.
– Хорош был план, – горько усмехнулась Мирабелла. – Мог бы выманить его. Жаль, не вышло.
– Как мы будем драться в темноте? – Исао оставался внешне спокойным, однако понимал, что ещё ни разу в жизни не был так близко к смерти, как сейчас.
– На слух. Надо потушить фонарики, – не отрывая взгляд от приближающихся глаз, Макото погасил свой фонарь.
– Слышно тут тоже не очень, если ты забыл, – буркнула Мирабелла.
– У нас нет другого выбора, – Исао тоже выключил свет. – Так хотя бы обе руки свободны.
– Что за чёрт тут твориться? – выдохнула вампирская принцесса и тоже потушила свой фонарик.
***
Елеазар бежал следом за человечкой, ориентируясь на мелькающий силуэт и шлейф аромата её духов. Это был первый раз за время нахождения в этом месте, когда вампир снова смог чувствовать запах также хорошо, как раньше. Ещё больше Елеаза удивляло, как мелкая в этой темноте может двигаться так быстро. Третий принц слышал, что близнец побежал за ним, но потом голос и шаги брата стихли где-то во тьме.
Через пару минут Елеаз перестал замечать силуэт Алисы в свете фонаря, поэтому сбавил шаг. Странное липкое ощущение царило в его душе. Вампиру казалось, что это всё сон. Сон, который обязательно кончится плохо. С каждой секундой фонарик начинал светить всё хуже, но Елеазар сразу понял, что дело не в телефоне, а в самой тьме. Она активнее пожирала свет его фонаря. Вампир чертыхнулся, достал из-за пояса сложенный меч и быстро тряхнул рукой. Меч раскрылся и засиял. Этот свет не могла поглотить никакая тьма. В сиянии клинка Елеаз увидел приоткрытую дверь впереди по правой стороне. Вампир насторожился, однако никакого страха не испытывая, и медленно начал подходить. Вдруг до его слуха долетели голоса, исходящие из той комнаты. Два, до боли знакомых ему, голоса. И такой знакомый смех. Елеазар быстро оказался рядом с дверью и распахнул её так, что она грохнулась об стену. В комнате царил полумрак из-за бледно-голубых лучей луны, заглядывавшей в окно. Поэтому даже стоя на пороге, Елеазар прекрасно разглядел этих двоих. Он сидел в роскошном кожаном кресле, а она расположилась у него на коленях. Елеаз видел, как парень рукой провёл по распущенным волосам девушки, опускаясь на спину. А она погладила его по гуди и наклонилась к нему. Его лицо приобрело торжествующее выражение, и он подался вперёд, касаясь губами губ девушки.
Глаза Елеазара расширились от шока и боли. Его лживый поганец-близнец первый нашёл Алису и теперь целует её, словно она его собственность.
– Бальтазар! – зло зарычал зеленоглазый, кидаясь в комнату. В один миг снова стало очень темно. Елеазар заозирался, пытаясь осветить как можно больше "Пожирателем тьмы". На кресле никого не было. Да и само кресло оказалось всего лишь деревянным стулом с полусгнившей спинкой. Елеаз непонимающе огляделся. Никого. Нигде. Тут в коридоре послышались шаги.
– Елеазар? Где ты, брат? – голос Бальта звучал обеспокоенно.
– Ты! – ярость захлестнула третьего принца. Он вылетел из комнаты и нос к носу столкнулся с братом. – Как ты посмел!
– Ты чего, Лео? – Бальт недоуменно поднял бровь. Разозлённый, почти безумный вид брата немного ошарашил его. Рыжие волосы Елезара сильно растрепались, разметавшись по плечам. Видимо, он потерял ленту во время сражения.
– Ах, ты, лживый урод, – Елеаз взмахнул мечом, едва на разрубив разноглазого напополам. Тот еле успел отпрыгнуть.
– Что ты делаешь?! Остановись, это же я, Бальтазар! – вампир примирительно поднял руки. Левый рукав его куртки был порван и свисал клочками.
– Я знаю, что это ты. И знаю, что ты сделал с ней, – глаза Елеаза горели безумным пламенем. Странное чувство всепоглощающей ненависти захлестнуло его. Он был готов убить своего брата прямо сейчас. В голове пульсировала эта мысль о расправе, вытесняя все друге. Перед глазами Елеаза стояли образы целующихся брата и человечки. Ярость буквально текла по венам вместе с кровью, прожигая само существо вампира, затопляя и оттесняя все другие желания. И Елеазар бросился на своего близнеца, взмахивая "Пожирателем тьмы".