– Звёздочка моя, о чём задумалась? – неожиданно раздался мурлыкающий голос Бальта прямо над ухом. Я вздрогнула.
– Эй, не называй её так, словно она принадлежит тебе, – нахмурился Елеаз. Я заметила руку, сжатую в кулак и поняла: снова надо спасать ситуацию, иначе будет драка.
Я как можно естественнее засмеялась.
– Звёздочка? Почему такое сравнение, Бальт? – я делала вид, что меня веселит это прозвище, но никак не умиляет.
– Там в психушке, под пологом тьмы, – Бальтазар вдруг начал говорить очень серьёзно. Все они становились другими, более серьёзными, когда заходил разговор о тех часах, что мы провели в той ловушке. – Когда я лежал раненый и мало что видел и слышал, во тьме вдруг ярко – ярко засияла звезда, которая рассеяла тьму. Тогда я не знал, что это. Но потом ребята рассказали мне, что это сделала ты. Поэтому, – обворожительно улыбаясь, закончил Бальт, – ты – звёздочка. И, стоит признать, действительно не только моя. Но и каждого из нас.
– И то верно, – вдруг удивлённо сказал Ричард, жуя стейк. – Мы раньше как-то не думали об этом, но если бы не ты тогда с "Пожирателем тьмы", нас бы уже сейчас не было.
– Меня бы тоже в таком случае уже не было, – хмыкнула я, заливаясь краской. Слова Ричи приятно смутили меня. Я обрадовалась, услышав даже такую своеобразную благодарность.
– Нет, ты бы сейчас была в плену у Мельхиора, – вдруг подал голос Макото. – Ты же ему была нужна, мы – нет.
– Я нужна была ему только для того, чтобы убить меня, – возразила я. – Хотя даже если бы он хотел сохранить мне жизнь, это ничего бы не поменяло.
– В каком смысле? – нахмурился Елеаз.
– Серьёзно? – я ухмыльнулась, вспоминая свой разговор с Катериной и Андреем, пока мы шли по подвалу. – Серьёзно не понимаете?
– Нет, – холодно ответил Исао, глядя на меня. Ждёт объяснений.
– Бросьте, – я обвела взглядом их всех. – Если бы вы погибли, ярость и горе ослепили бы меня. Я бы кинулась на Мельхиора, чтобы голыми руками разорвать ему глотку. И я не оставила бы попыток, пока он бы не умер. Или бы пока не умерла я. Но так из нас двоих бессмертен только он, то моя кончина была бы быстрой.
За столом повисла тишина. Я уже сожалела, что сказала такую глупость, но слово не воробей, так что...
– Какой абсурд, – пробормотал Елеаз, вставая из-за стола. – Жду на тренировке. Сегодня на улице.
Он вытер губы салфеткой, развернулся, через плечо бросил её на стол и вышел.
– Не обращай внимания, – ухмыльнулся Ричард, как только за Елеазаром закрылась дверь столовой. – Видела бы ты, в какой ярости был он сам, когда ты провалилась в трещину. Он так разозлился, что почти в одиночку искромсал того здорового демона. Сначала отсёк ему голову, а потом вырезал сердце прямо из груди. И, скажу честно, давно я его таким довольным не видел, как в тот момент, когда тело демона рассыпалось в прах.
– Вы похожи, – отпивая из чашки чай и глядя на меня, проговорил Исао. – Ты и он. Он видит в тебе отражение своих недостатков и бесится. Не обращай внимания.
Я хмыкнула. Вот спасибо, утешили.
– В любом случае Елеаз прав, – Ричард тоже поднялся со стула. – Пора идти тренироваться.
Часы показывали три часа. Ночи, разумеется. Во время недавнего процесса исцеления моих ран Аллистер всё с удивлением приговаривал, как неожиданно легко и быстро мой организм привык к вампирскому режиму. Обычно на человеческом здоровье очень плохо сказывается сбитый режим сна, тем более, что тут буквально день и ночь поменялись местами. Но моё здоровье было в норме, мозг функционировал отлично, метаболизм не замедлялся, лишний вес не набирался, чего вполне можно было ожидать при таком крышесносном режиме сна. Мне это приятно удивило и обрадовало. Хотя бы где-то этот организм-предатель ведёт себя нормально. Не буду, конечно, говорить про новенький прыщик, который я, проснувшись вчера, обнаружила у себя на виске.