Так что искренней родительской любви мои друзья вампиры вряд ли знали. Все их склоки и ссоры шли из глубокого детства и, казалось, они до сих пор борются за любовь отца. Де Клерам нужен был друг.
И как назло, когда мы начали сближаться, произошёл небольшой казус. Я много думала о мотивах их поведения, учитывая их прошлое. Мысли крутились в голове, но никак не хотели оформляться в чёткое предложение, которое бы всё объяснило.
Мои собственные чувства давали мне ещё меньше покоя. Я веселилась с Реном в парке, чувствуя удивительную лёгкость от его общества, а через час уже находилась в объятиях Елеазара, целуясь с ним. Окончательно слететь с катушек моему мозгу не давал тот факт, что поцелуй был выигран вампиром в споре, а значит, скорее всего, ничего для него не значил. Я надеялась, что и для меня тоже. Я невольно внутренне нервно хохотнула, подумав о том, что могла бы влюбиться в этого эгоистичного вампирского принца с замашками ужасного собственника. Ещё больше я заулыбалась, понимая, что уже даже привыкла к его вечным репликам по поводу «Я её первый увидел, она моя» и всякое такое. Как ребёнок, который отстаивает свою игрушку. Какие тут могут быть чувства. Если я и могла поверить, что кто-то испытывает ко мне привязанность, то этим кем-то был бы Рен. Конечно рано говорить о сильных чувствах, но дружеская симпатия и привязанность и моя к нему, и его ко мне просто очевидно. Если, конечно, это всё не отличная актёрская игра с его стороны с цель получения какой-нибудь выгоды. Я усмехнулась промелькнувшей мысли. Кажется, незаметно для себя перенимаю взгляды вампиров о том, что никому в этом мире нельзя верить.
За своими размышлениями я и не заметила, как тропинка стала уже и кое-где была заросшей. Оглядевшись, я присела на толстый ствол поваленного дерева в паре шагов от тропинки. Немного посижу, переведу дух и пойду обратно. Будем решать проблемы по мере их поступления. Сначала надо помириться с остальными де Клерами, а то мои объяснения вчера слышал только Елеазар. А думать о чувствах со стороны Рен вообще глупо. Прошло слишком мало времени, да и я не люблю накручивать. Если скажет прямо о своих чувствах, тогда другое дело – можно и помечтать. Я облегчённо выдохнула. Вроде чуть разгрузила мозг. Пора обратно в Виндхолл.
Я поднялась с дерева и вернулась на тропинку, выключая музыку, которую всё равно не слышала из-за собственных мыслей. Пройдя десяток метров, я почувствовала странное ощущение дискомфорта. Что-то не так. Сердце забилось быстрее. Теперь, когда я знала, что все эти ужасы, о которых говориться в детских сказках, реальны... было страшно, но внешне я себя ничем не выдавала. Шла так же медленно и спокойно. Через пару секунд до меня дошло. Слишком тихо. Птицы больше не поют. Мысли лихорадочно забегали. На кого птицы так могут реагировать? На огромного злого волка? Нет, они бы скорее уж начали вопить, предупреждая друг друга об опасности. Тогда что...? Мертвец. Вампир. Здесь вампир? Или кто похуже? Почему он не показывается, словно следит за мной откуда-то?
Все мои инстинкты кричали - беги! Ледяная рука ужаса сжимала горло. Я остановилась, принимаясь оглядываться. Несколько секунд я всматривалась в место, от которого недавно отошла. Мне казалось, я слышу шуршание за стволом дерева. Сглотнув слюну, я глубоко вдохнула, делая шаг назад. Я не настолько глупа, чтобы пойти проверить, что там. Я уже почти решила бежать, как вдруг ощутила холодное прикосновение к плечу.
- Алиса...
Я громко взвизгнула и резко обернулась.
- Елеазар! Чёрт тебя подери! Я тебя ненавижу! - заорала я, стуча кулаками по груди вампира. Одна единственная слеза облегчения стекала по моей щеке. Неожиданно я порывисто обняла вампирского принца, зажмуривая глаза и пытаясь восстановить дыхание. - Я так рада, что это ты.