– Осво...нас...мы...чно...есь..., – я не могла понять, что он говорит, но голос не был враждебным. Вроде бы. Скорее печальным.
– Подойди ближе, – я осеклась, но сказанного было не вернуть. Мысленно я прокляла своё любопытство.
– Ты с ума сошла? – заорал Елеазар, одновременно с этим яростный удар сотряс дверь. Мне показалось, что чуть сильнее, и она слетела бы с петель.
Но тут снова послышались шарканье и кашель. К самой границе света и тьмы подошло существо. Я не могла как следует разглядеть его, да и не хотела. Того, что я увидела, было вполне достаточно.
Полуразложившиеся босые серые ноги, покрытые струпьями. Окровавленная ночная рубаха, длинная седая всклокоченная борода, от кисти на правой руке остался только скелет. Дыра в шее, из которой то и дело с пульсацией выходила кровь, заливая одежду. Я не могла рассмотреть то, что внутри этой дыры и была очень за это благодарна темноте. Впалые скулы и чёрные провалы на месте глаз, лысый череп, обтянутый полуразложившейся кожей.
– Освободи...нас...мы...вечность...здесь, – просипел старик, из его раны на горле ручьём потекла кровь.
– Что он сказал, мелкая? Что сказал? – рычал Елеаз по ту сторону двери.
– Цитирую: освободи нас, мы вечность здесь, – не сводя глаз с призрака, ответила я.
– Не вздумай подпускать его к себе, это уловка, – я слышала ноты истерики в голосе вампира.
– Как мне вас освободить? – спросила я, тем не менее следуя совету Елеазара и не опуская меч ни на дюйм.
Призрак наклонил голову и устрашающе вздёрнул верхнюю губу в улыбке.
– Тыыы...знаешь, – прохрипел призрак, а потом растаял в одно мгновение, словно его и не было. Послышался щелчок, и дверь распахнулась.
Елеаз и Рен влетели внутрь, освещая всё своими фонариками. Я обессилено сползла по стене. Оборотень бросился ко мне, а вампир шагнул вглубь комнаты, практически крича:
– Где эта тварь?! Я оторву тебе башку, слышишь? – де Клер ударил кулаком в стену и, кажется, разбил Что-то.
– Ты как? – Рен взял моё лицо в свои руки, осматривая его. – Ты не ранена?
– Нет, – я поморщилась, начиная вставать. Брюнет подставил плечо, чтобы я могла опереться. – Прошу, уйдём отсюда скорее.
Мы вышли из той комнаты, напоследок третий принц знатно хлопнул дверью.
– От меня ни на шаг, – рыкнул мне в ухо вампир, сунул в руки мой телефон и двинулся вперёд.
– У нас осталось пять минут, – я посмотрела на экран. – И надо будет возвращаться.
Мне никто не ответил. Мы стали в сто раз осторожнее. Я видела, как внимательно мои спутники вслушиваются и всматриваются в пространство вокруг, поэтому молчала, боясь ощутить их гнев на себе. Мы проверили ещё три помещения, все они были по левой стороне. Одно из них было туалетом, другое коморкой для швабр, а вот третье нас заинтересовало. Но лишь тем, что окно там было выбито и лучи солнца пробивались в комнату, даря временное облегчение и освежение.
– Не хочу вас обидеть, – начала я, осторожно присев на старый деревянный стул рядом пустой оконной рамой, – но вы ведь тоже создания ночи. Почему вам также плохо в этой темноте, как и мне?
– Создания ночи – это верно, – ответил Рен, обходя комнату по периметру и осматривая старые шкафы. Что он там хотел найти, я не знала.
– Но не создания тьмы, – сухо закончил Елеазар, стоящий облокотившись спиной на стену рядом с окном. – Эта тьма результат не ночного времени суток, а магии демона. Это совсем другое. Например, как лев и антилопа. Мы – это лев, разумеется, а антилопа – это люди. Да, лев – хищник, но и он, и травоядная антилопа одинаково умрут в пожаре, если попадут в него. Так и тут.
– Что-то вроде высшей силы? – уточнила я, зевая.
– Что-то вроде, – согласился вампир.
Я перевела взгляд на небо. Завороженно глядя, как розовеет край небосвода, я почувствовала непреодолимое желание пойти туда. На свет, в безопасность и тепло, где нет никаких демонов и призраков. Этот луч солнца казался мне единственным выходом и спасением, потому что за спиной у меня была лишь непроглядная тьма, которая только и ждала, когда я снова вернусь в её объятия. Мне так спокойно и легко дышалось, пока я смотрела на рассвет. На секунду показалось, что всё это ложь, нет никаких чудовищ, только добро и лучи солнца.
Я встала со стула, в плотную подойдя к разбитому окну, и уже протянула руку, чтобы высунуть её за пределы этого богом забытого места, как вдруг стало так темно, словно кто-товыключил солнце.
Я закричала. Было ощущение чего -то неестественного, ужасного и злого. Словно вот -вот из этого мрака кинутся монстры и растерзают меня. Чувство безысходности накрывало с головой, у меня промелькнула мысль, что я ослепла.