– Выключите свет! – закричал кто -то.
– Не свети в глаза! – другой голос.
Это всё было так сумбурно, я не знала, как реагировать, что предпринять, как лучше поступить. Сердце колотилось о рёбра, руки мелко тряслись, а по лбу стекал пот, несмотря на холод вокруг. Волна паники начала захлёстывать меня. Хотелось закрыть глаза, зажмуриться изо всех сил, словно это плохой сон, а потом проснуться. Проснуться как можно скорее, чтобы всего этого не было. Или чтобы кто-тоспас нас всех прямо сейчас, потому что я просто не выдержу видеть всё это дольше. Это чувство длилось мгновение, но потом эта паника и оцепенение слетели также быстро, как и появились, потому что во свете собственного фонаря я уловила, как здоровый темный волк, адская гончая, пригвоздил Елеазара к полу и собирался впиться ему в шею.
– Нет! – пронзительно закричала я на высокой ноте, перекрывая шум схватки. Неожиданно быстро, даже для себя, я оказалась рядом с дезориентированной моим криком гончей, двумя руками ухватилась за эфес меча и вонзила его в бок твари.
Существо взвыло и рванулось в мою сторону, сбивая меня с ног. Я ощутила, как острые когти прошлись по моей голени. Тьма ослепила меня, я боялась взмахнуть мечом снова и задеть кого -то из своих. Чёртов мрак, чёртов демон, чертово место. Откуда -то я знала, что надо делать. Думая об этом моменте позже, я решила, что это меч направил меня. Но тогда это было не важно. Просто чувство. Дикое, бешеное чувство того, что я всё делаю правильно. Чувство эйфории и бурлящего в крови адреналина.
Я вскочила на ноги, не ощущая боли. Вскинула правую руку с зажатым в ней мечом и закричала на всю мощь своих лёгких.
– Я, Алиса Драгомирова, приказываю тебе, "Пожиратель тьмы", разрушь полог тьмы!
Пару секунд ничего не происходило, меч светился всё также, и я уже было подумала, что ошиблась, но вдруг от клинка начали исходить волны мягкого серебристого света. Они словно разбавляли тьму, как кофе разбавляют молоком. Сначала в комнате воцарились сумерки, а потом с оглушительным хлопком энергия меча разорвала полог тьмы, и из окон хлынул розовый свет восходящего солнца. В комнате стало светло. Я опустила меч.
– Алиса! – услышала я предостерегающий вопль, резко обернулась, но было поздно. Лапы гончей уже опустились мне на плечи, я начала падать на спину. Следующие события происходили так быстро, что я осознала их немного позже. Елеаз успел подставить руки, чтобы я не рухнула на пол, а Рен в этот миг впился в заднюю лапу твари и мощным рывком оторвал её от меня. Окровавленная пасть с жёлтыми зубами щёлкнула в сантиметре от моего носа, обдав зловонным дыханием. После послышался собачий визг.
Из тьмы коридора появилось ещё трое псов. Это я видела уже из правой стороны комнаты, куда отнёс меня Елеаз, посадив на пол рядом с бесчувственным Бальтом, под защиту Ричарда, Миры и Григория. Я тут же подползла к разноглазому принцу. Одного взгляда на его рваную рану на груди было достаточно, чтобы понять: он умирает. На его красивом лице тоже кровоточили несколько царапин. Его собственная алая кровь смешивалась с грязью и чёрной кровью гончих, но даже через всё я могла рассмотреть насколько бледен был Бальтазар. Волосы тоже перепачканы грязью, прилипли ко лбу и вискам, в них застряли осколки стекла. Одежда походила на какое -то тряпьё. У меня из глаз брызнули слёзы, но я спешно стёрла их тыльной стороной ладони.
– Не время, он ещё жив, сделай что -нибудь, давай, – зашептала я сама себе. Руки мои плохо слушались и ужасно тряслись. Боль в левом плече заметно усилилась после нападения гончей. Поле боя для меня перестало существовать. Весь мир сейчас замкнулся на друге, который мог больше не открыть глаза. – Думай, думай.
Я попыталась зажать рану, но это не помогало. Тело вампира по какой -то причине не восстанавливалось.
– Странно, да, Бальт? – запричитала я, хватая вампира за руку и прижимаясь к ней губами. – В тот раз я спасла тебя от волков, а в этот не успела. Пожалуйста, очнись, пожалуйста.