— И долго гореть будет?
— Точно не знаю. Полчаса точно.
— Отлично. А что это, кстати, за граната?
— Фосфорная.
— А я думал напалмовая.
— Они запрещены. Их даже в Зону не провезешь. Даже за бешеные деньги.
— Понятно. Заряжаю.
Ящер выщелкнул магазин и достал новый, я тем временем прикрывал его с двух рук.
— Нам их так не удержать, — сказал я. — Да и патронов, боюсь, на всех не хватит.
— Согласен, но сдаваться им я не собираюсь.
— Я тоже. У меня есть идея. Ты берешь левый фланг, а я беру на себя правый.
— Отличная идея! — сказал он с сарказмом. — Может лучше еще гранат накидать?
— У меня только одна осталась.
— Ну, так используй.
— Потом может пригодиться. У меня другой план. Держи левый фланг и не вздумай стрелять вправо — в меня попадешь.
— Что ты задумал?
Я не ответил, вместо этого я перезарядил пистолеты и засунул в кобуры.
— Ты что сдурел? Может здесь контролер?
— Нет. Все в норме.
Я снял со спины сверток и, повесив ножны за спину, достал меч.
— Ну, ни хрена! — удивился Ящер.
— Ты налево смотри, а не на меня! Не хватало, чтобы они с того фланга зашли.
— Есть!
Ящер отвернулся и принялся экономными очередями бить зомби.
Я прикинул в уме тактику и решил использовать стихию огня (яростные прямые атаки, подавляющие волю, эффективные против слабого или трусливого противника).
Я взял меч наизготовку и ринулся в пучину боя.
Глава 4
Вы когда-нибудь видели, в каких-нибудь фильмах или еще где-нибудь, как рыцарь или группа рыцарей на конях с большой скоростью пробиваются через толпу пехотинцев? Я видел. А теперь повторяю.
Мой меч рубил налево и направо. Различные финты, повороты, прыжки, сальто и активное использование ног. Со стороны это, наверно, выглядело завораживающе.
Мои тело и разум были раздельны. Тело рубило и пинало, а разум подмечал различные моменты и анализировал их. Эффективная тактика. Хотя некоторые считают, что объединение тела и разума — самослияние, или что-то типа того — более эффективно. Я не буду спорить, но я знаю точно, что в Зоне мой метод эффективнее в борьбе с контролерами. Я лично убедился. Да и в борьбе с обычными, и не совсем, противниками она тоже показывает хорошие результаты. Вот, например, сейчас я тут демагогию и философию развожу, а мое тело рубит зомби. Как вам это? Попробуй ка отвлечься от боя, когда тело и разум едины. Не заметишь, как из тебя фарш сделают, а в бою с зомби — обед.
Я потерял понятие пространства и времени. Я не знал, как там Ящер. Я знал только то, что я бью зомби, причем очень эффективно и без траты боекомплекта.
Внезапно мое тело прошила очередь. Я сначала не понял, что произошло, так как тело было отделено от разума, но потом догадался, и это меня не порадовало. Даже наоборот. У меня нет возможности обработать раны, потому что я окружен зомби. Но и истекать кровью я не хочу, поэтому придется возвращаться под прикрытие Ящера. Но прежде всего надо понять, кто по мне стрелял.
Ответ пришел быстро. Передо мной стоял зомби с автоматом и медленно поворачивал ствол вслед за мной. Одной руки у него не было, поэтому движения давались ему с трудом, а во время стрельбы, ствол автомата улетал в небо. Похоже, и оставшаяся рука тоже повреждена. Мне это надоело, поэтому при его следующем залпе я отрубил ему голову и руку. На всякий пожарный.
Зомби не догадывались взять автомат в руки, поэтому я смог сориентироваться и продолжил рубить их, постепенно отходя к Ящеру.
Выстрелы звучали все ближе. Тихие хлопки Вала было сложно различить на фоне гвалта непонятных возгласов зомби, но я все же сумел уловить их и теперь не упускал эту нить.
— Призрак, ты ранен!
— Спасибо, Кэп, — сказал я и сам удивился своему голосу. Он стал хриплым и болезненным.
Ящер закрыл меня от зомби и продолжил их отстрел.
Я быстро вскрыл аптечку и вколол в живот обезболивающее и анестетик от заражения. Руки слушались плохо. Разум уже вернулся в тело. Теперь я почувствовал дикую боль в животе, которая начала спадать под действием обезболивающего. Вовремя я вернулся в тело.
Я достал бинт и быстро перевязал раны прямо поверх костюма, который был залит кровью.
Вот еще один плюс самоотчуждения — отсутствие болевого шока и ощущения боли вообще. Ну или почти вообще.
Ящер яростно отстреливался.
— Держись, Призрак. Немного осталось.
— Жить? Или зомби?
— Зомби немного осталось.