– Я знаю, где мы достанем ещё еды! – радостно воскликнул мальчишка. – Калантар, готовь котелок!
– А за нами не погонятся вооружённые сторожа? – стразу поняв, что задумал Пушан, спросила Дилира. Одного такого сторожа она заприметила в паре сотен локтей отсюда. У него на спине болталась винтовка. Чем он её зарядил – солью или боевыми патронами – оставалось только гадать.
– Вряд ли. Я об этом позабочусь.
Позаботился об этом Пушан очень просто – наколдовал новые иллюзии. Вся троица теперь выглядела одетой в такую же форму (насколько Пушан смог разглядеть её издалека), в какой работники клубничной фермы собирали ягоды. Недолго думая, мальчишка первым перелез через забор и принялся рвать клубнику и сразу же есть, что сорвал.
– Ммм, очень вкусно! Присоединяйтесь!
Дилире и Калантару ничего не оставалось, как последовать его примеру. Сторож посмотрел на вновь прибывших «работников», но не предпринял никаких действий. Похоже, особой бдительностью он не отличался.
Ни Дилира, ни Калантар ни разу не ели клубнику – в приют её просто не возили. Впрочем, им часто давали на завтрак йогурт с искусственным клубничным ароматизатором. Спелая сочная клубника прямо с грядки показалась Дилире чуть ли не пищей богов – особенно в свете диеты из каши, на которой она сидела последние дни. Однако в полной мере насладиться вкусом ягод ей не позволили мрачные мысли. Тугой узел страха внутри неё лишь затягивался всё крепче. С этим надо было что-то делать, но девочка не хотела ни с кем делиться своими переживаниями, а самой справиться с ними не получалось. И она не знала, где искать выход из западни, в которую угодила.
Все наелись до отвала, насобирали полный котелок клубники и только тогда покинули поле. Эта акция прошла совершенно безнаказанной, но Дилира всё равно не почувствовала облегчения. Ей казалось, что всё, что они делают, лишь приближает их неизбежную и мучительную гибель.
Утром следующего дня ребята вышли на шоссе, ведущее на юг, и прошагали по его обочине не меньше трёх килолоктей. Пушан ещё вчера вечером попросил Дилиру пока не использовать её способность, и поэтому их следы должны быть легко заметны опытному магу. Кроме того, девочке следовало набраться сил перед грядущим «броском незаметности» – запланированным движением на северо-запад в сторону ближайшего города – Занхасафа – в режиме скрытности. «Бросок» должен был продлиться как можно дольше, чтобы максимально усложнить поиск следов. Перед его выполнением, однако, возникла небольшая проблема: Пушан намеревался и шоссе пересекать в режиме незаметности, а движение машин на нём оказалось весьма оживлённым. Конечно, если ближайший водитель будет держать троицу в поле зрения ещё до того, как Дилира выполнит свой трюк, и не отведёт взгляда, то он увидит, что подростки вышли на дорогу, и притормозит, если же нет – их благополучно собьют. Рассчитывать на удачу было слишком рискованно, и потому пришлось дожидаться, пока дорога не станет более-менее свободной. Впрочем, как только это случилось, Дилира сразу взяла хороший старт по скорости скрытного передвижения, и шоссе ребята пересекли без близких контактов с автотранспортом. А затем девочка превзошла саму себя и продержалась так долго, что шоссе давно скрылось из виду, а она всё отрешенно вела друзей по пересечённой местности, почти не чувствуя усталости. Но со временем запас её сил всё же начал истощаться, и дальнейший путь троица проделывала безо всякой незаметности.
Уже во второй половине дня, когда впереди показался пригород Занхасафа, Пушан, поглядывая на особенно угрюмые лица друзей, не выдержал.
– Так, нам нужно поговорить, – внезапно заявил он и остановился. – Последнее время вы чересчур мрачные. Дилира, начнём с тебя. Что тебя беспокоит?
– Всё нормально, – попыталась отмахнуться девочка.
– Ещё переживаешь из-за встречи с вампиром?
– Да в порядке я.
Пушан молча и выжидающе уставился на Дилиру. Та отвела взгляд, но потом вновь посмотрела на друга. Похоже, он не собирался заминать тему. Дилира же говорить на эту тему не планировала. Нельзя показывать свою слабость. Но он ведь не отстанет. Нужно придумать какую-нибудь отмазку. Подтвердить его догадку про вампира? Почти правда, неплохой вариант…
– Мне страшно, – внезапно для самой себя честно призналась Дилира. Это признание сорвало внутренний барьер, тщательно возведённое с раннего детства табу на искренность, и слова прорвались на волю сплошным потоком. – Я постоянно чувствую страх. Так было всегда, сколько я себя помню, но после того, как мы покинули приют, меня трясёт от ужаса. По мне, наверное, не скажешь, я давлю это чувство, я всегда так делала, у меня большой опыт, но мне это даётся всё труднее. Пушан, ты не подумай, я не жалуюсь. Я очень тебе благодарна за то, что ты взял меня с собой, и ни капли не жалею. Однако порой мне кажется, что ещё чуть-чуть – и я не выдержу, сорвусь и в панике брошусь бежать куда глаза глядят, или сделаю какую-нибудь глупость. Я постоянно думаю, что те два мага в чёрном нас найдут, телепортируются прямо мне за спину, и я не почувствую их приближения заранее. А потом они меня убьют. Или что опять прилетит ракета, а у тебя не получится нас защитить. Или случится что-нибудь ещё. Например, мне в затылок выстрелит снайпер. Или я окажусь в огненной ловушке и сгорю заживо. Или нас схватят полицейские и отправят в тюрьму. Или на нас нападёт какое-нибудь порождение ночных кошмаров. С нами постоянно что-то происходит, мы выкарабкиваемся из всех передряг, но это ведь не может продолжаться вечно. Когда-нибудь мы попадёмся. И я жду, что настанет этот момент, постоянно жду новой опасности, каждый миг стараюсь почувствовать, не пришла ли она. Иногда я ловлю себя на мысли, что какая-то часть меня хочет, чтобы опасность поскорее пришла и положила всему конец, ведь тогда больше не надо будет бояться. И это так глупо, ведь мне страшно, потому что я не хочу умирать! Я просто не хочу умирать!..