Однажды, когда счастливый Делий лежал в объятиях Поликсены, она сказала, перебирая его темные кудри:
- Вот, ты добился того, чего желал, - царица любит тебя… Думал ли ты о своем будущем? Ты теперь свободный человек и можешь жениться.
Делий напрягся - и, казалось, перестал дышать, словно не верил своим ушам…
- Более того, это твой долг, - закончила Поликсена.
Делий вырвался из ее ласковых рук и сел.
- Твой подлый перс оставил тебя… и теперь ты хочешь бросить меня первой, чтобы не испытать новой боли? - воскликнул юноша со слезами ярости. - Так, Поликсена?..
Царица улыбнулась мягкой материнской улыбкой.
- Не я требую этого, мой дорогой, - неизбежность. Подумай о том, как ты молод!
Делий сжал кулаки.
- Это неважно! Я не смогу без тебя жить… ты не понимаешь, сколько ты значишь для меня!
Поликсена молча смотрела на возлюбленного, подперев голову рукой, словно предоставляя все решать ему одному. И тогда Делий потупился и спросил:
- Ты позволишь мне быть откровенным?
- Конечно, я даже настаиваю, - ответила Поликсена. - Я не желаю, чтобы ложь проникала в мою спальню.
- Когда ты освободила меня… я, раб и невежда, столько узнал благодаря тебе! Я очень многому научился у тебя, моя царица, - Поликсена улыбнулась, видя, как юноша краснеет, и сама ощутила страстное волнение. Однако Делий продолжал, избегая ее взгляда.
- Но я также многое узнал, бродя по городу! Я слышал, прости… сколько людей осуждает тебя…
Поликсена перевернулась на спину и потянулась.
- Это естественно, мой прекрасный. Только человек ничтожный не имеет врагов, - заметила она.
- Да, конечно! Но ты еще не понимаешь… Одни люди осуждают тебя за твое многомужество, как женщину… а другие превозносят, как царицу. И я понял, почему.
Делий схватил ее руку и покрыл поцелуями, от локтя до кисти. Поликсена задрожала, прикосновение к чувствительному местечку сразу вызвало жажду большего.
- Ты знаешь, что сильные, богатые и богато одаренные мужи часто имеют многих жен… А ты - великая жена, которая у каждого из своих мужей взяла лучшее! Ты как сокровищница, открывающаяся избранным… и я так счастлив, что именно я избран тобою!
Поликсена села, обняв колени.
- Но тогда ты тем более должен понимать, что…
- Не хочу этого слышать!
Делий приник лицом к ее обнаженным коленям, к рукам.
- Тебя называют гетерой на троне, но это неправда, - сдавленным голосом сказал он. - Гетеры рассчитывают свою любовь по часам, отмеряют за плату… это всегда ложь… а ты другая!
Поликсена оторвала юношу от своих ног и, приблизив к себе его голову, припала поцелуем к негодующим устам. Скоро любовники опять потеряли себя в наслаждении. Но когда Делий уснул, Поликсена долго лежала, глядя в темноту.
Этой ночью она заронила в душу возлюбленного зерно сомнения, которое непременно прорастет, дайте срок. Но иначе нельзя.
Уснув, Поликсена увидела свою статую - эта мраморно-золотая властительница с подведенными агатовыми глазами и чуть заметной всезнающей улыбкой на карминных устах, как богиня, избавилась от всех земных потребностей и привязанностей. Поликсена надеялась, что от боли тоже.
Статуя была закончена в середине осени - незадолго до того, как Эльпиде пришел срок родить; и гетера успела оценить эту работу. Талант Менекрата в ней раскрылся заново - это признали все, кто ее видел: восседавшая в кресле темноглазая женщина напоминала статуи египетских богинь, но была исполнена куда большей силы и отнюдь не казалась равнодушной. Она сжимала жезл черного дерева, с набалдашником из слоновой кости в виде головы барана, священного животного Амона, - и, слегка наклонив голову, выпрямилась в грозной готовности повелевать. Даже Никострат признал, что статуя матери великолепна и очень жизненна.
Изваяние поместили в пустом зале, вроде египетской молельни, со стенами, расписанными растительным орнаментом в египетском же стиле. Поликсена однажды подсмотрела, с умилением и большой неловкостью, как ее невестка, присев, целует мраморное колено статуи. Эльпида что-то шептала: как будто приписывала изображению царицы божественные свойства…
Поликсена хотела помочь Эльпиде подняться, но решила, что лучше не выдавать своего присутствия.
Жена Никострата разрешилась от бремени неделю спустя, и родила здоровую девочку.
* Как известно, Милет был родиной гетеры Аспазии, подруги знаменитого афинского государственного деятеля Перикла.