Появилась она через полчаса, недовольно приговаривая о всяких сосунках, которым посчастливилось стать носителем проблемных драконьих варежек, и которые ещё не нюхали крови, а уже пытаются что-то из себя строить, пускай сначала молоко на губах обсохнет. Что именно или кого именно имела ввиду её сестра, Сона не стала спрашивать, все же для неё сейчас было важнее состояние её слуг, о чем и сказала сестре. Осмотрев их, Серафал успокоила Сону словами о том, что все с её слугами будет хорошо, травмы не грозят их жизни, единственное что, так это, что некий мальчишка переоценил свои силы и впал в летаргический сон, но постоянная энергетическая подпитка и время будут для него лучшим лекарством, так что опасности нет ни для кого.
- Истощение, он использовал все свои силы и сейчас медленно восстанавливает их, к тому же я не удивлюсь, если окажется, что он опять сунул в рот всякую гадость и теперь переваривает её, – сказала тогда сестра, глядя на бледное лицо её ферзя. – А вот эту руку я, пожалуй, пока заберу, потом ему верну в готовом виде, все же отличный трофей, совсем мизер демонов может похвастаться подобным, – сказала она, беря в руки оторванную конечность Кокабиэля, что была сложена на постаменте с другими вещами её слуг. – А теперь иди спать! – Приказала она и пропала в круге телепортации.
В тот день её сестра открылась ей с совсем другой стороны, и не сказать, что ей эта сторона понравилась, она бы спокойно жила и дальше, даже не подозревая о ней. Но что сделано, то сделано. И сейчас она просто сидела возле кровати, на которой лежал её первый друг не из числа тех, с кем её сводили родители с самого детства, а действительно тот, кто был настоящим, не подыскан другими людьми, близкий ей разумный. Конечно, она переживала за него, но видя как с каждым днём ему становится все лучше, она сама все больше успокаивалась. И просто приходила посидеть возле него, как когда-то делал он для неё, когда ей было плохо или она болела.
Несколько раз его навещали и другие слуги, но услышав, что с ним все будет хорошо, они успокаивались и, немного побыв рядом с ним, уходили в одном и том же направлении. На полигон. Где продолжали свои тренировки, делая их все тяжелей, все же прошедший бой показал им как их силу, так и слабость. Слабость, которую они желали больше никогда не ощущать. Так же приходила Курока с Катреей, и если вторая вообще не волновалась о здоровье отца своего ребёнка, хотя и желала его скорейшего выздоровления, свято уверенная в том, что столь легкая неприятность – совсем не проблема для её милого. То вторая проводила с ним куда больше времени, чем все вместе взятые, часть тому виной её умений в сендзюцу, благодаря которым она приближала тот миг, когда Гаспер очнется, передавая ему огромные количества энергии, что она брала с окружающего мира. Так и просто исполняя свою обязанность как его Королевы, которая всегда должна быть рядом со своим Королём.
В то же время из мира людей пришли вести, что нападению падших подвергся не один город, а множество во всем мире: Токио, Нью-Йорк, Лондон, Санкт-Петербург, Берлин, Париж, Оттава, даже Ватикан. Это была очень спланированная и масштабная акция по развязыванию новой Войны между Тремя Фракциями. И пока в мире не покладая рук работали “чистильщики”, выдавая причиненные разрушения за террористические атаки, взрывы бытового газа, землетрясения и прочее. Лидеры пострадавших от рук падших фракций сейчас вели переговоры о компенсации ущерба и восстановлению прежнего положения дел. И стоит сказать, что из уст главы Григори прозвучало предложение о заключении мира и союза между Библейскими фракциями, которое вызвало огромный резонанс в умах всех ангелов, демонов и падших, и которое, неожиданно для всех, было поддержано Люцифером. Что означало в будущем очень сильные перемены.
- Ну как он? – Неожиданно из-за спины Соны прозвучал строгий голос её сёстры, от которого она в испуге дернулась.
- Ещё не очнулся.
- Сейчас очнется, – как-то зловеще пообещала она и, подойдя к Гасперу, положила ему на грудь свою руку и передала ему половину своего резерва.
- Хааа! – Тут же подскочил Гаспер, смотря на мир ошалевшими глазами. Зрелище растерянного и полностью обескураженного Гаспера было очень забавным, а главное, редким. Пожалуй, Сона решила сохранить эту картину у себя в памяти.
“Щелк!”
А вот её сестра была более предусмотрительна и запечатлела этот момент на цифровом устройстве.
- Я буду долго шантажировать тебя этим, – многообещающе пропела Левиафан, что постепенно возвращалась к своему обычному образу.
- Печать? – Первое что спросил он после того, как отдышался и понял, где и в каком положении находится.
- В норме, – ответила ему Серафал. – А теперь дорогой мой, ненаглядный мой ученик, я хочу услышать от тебя подробное описание того, что там случилось, – промурлыкала она, до хруста сжав край деревянной поверхности подлокотника, на которой она присела.
- Сейчас. Все началось с появления в небе порталов падших, из которых сначала появились низкоуровневые падшие, а затем все более сильные. Я в момент их появления был в центре города и беседовал с Красным, и после убийства первой партии падших, что решила нас атаковать, разделился с ним и поспешил в Куо, где недалеко от неё ощущалась Госпожа. Цели нападения я тогда не знал, но догадывался, скорее всего Кокабиэль рассчитывал, что убийство младшей сёстры одной из Владык положит начало новой войне.
- Правильно думал, вот только свои шансы на выживание он кардинально неправильно оценил, – зло прошипела сестра Соны. – Продолжай.
- По пути к Госпоже я смог заметить, что на город наложен Кровавый Фронт, что быстро иссушает силы всех, кто находится внутри него, а это значит, что и вампиры присоединились к падшим. Достигнув Госпожи и рассказав ей о своих умозаключениях, я и другие фигуры получили приказ собраться вместе и прорываться к границе барьера, что глушил связь с Адом и мешал активировать телепорты. Но в план вмешались ещё на стадии его первоначального выполнения, раздался голос Кокабиэля, который сказал, что часть фигур Госпожи у него в плену. А затем он появился возле нашего укрытия в компании шести вампиров и, отделив меня от Госпожи, с их помощью стал вести бой с ней и оставшимися фигурами, а это Момо, Киба и Шинра. В силу того, что на мне было ещё четыре печати, я не мог помочь Госпоже, занятый нападавшими на меня вампирами, из-за чего в самый нужный момент меня не было рядом с Госпожой, и она проиграла падшему. После того, как Госпожа, сняла с меня все печати всего на миг, но я ощутил небывалую до этого ярость и ненависть ко всему живому, но эти чувства пропали так же быстро, как и появились, на их место пришёл только голод, я был готов кинуться на любого, лишь бы утолить его, но затем он не утих и не пропал, а будто стал привычен, будто он был частью меня с самого рождения, и он уже столь естественен, что не вызывает никакого дискомфорта. А в голове была лишь одна цель, приказ Госпожи – уничтожить всех падших. Знаете, поначалу у меня даже эмоции пропали, я просто убивал тех, кто мешает, но спустя время сначала появилось презрение к моим врагам, затем отвращение, ненависть к их слабости, желание продлить их мучения, поиграться с ними, испытать, а затем стереть с лица земли. Они, вампиры, с которых я решил начать, казались мне грязью, недостойными жизни, они будто гниль, которую нужно как можно скорее уничтожить, что я и делал. А когда покончил с ними, я создал множество существ из тьмы с помощью своего механизма и натравил их на падших, а Кокабиэля, заморозив во времени, убил, выпив его жизнь и душу. После этого я больше ничего не помню.
- Это все, больше ничего необычного?
- Нет, было ещё кое-что, пока я был под печатями, я не мог остановить во времени вампиров, хотя они были не намного сильней обычного четырёхкрылого падшего, и последний перед тем, как умереть, произнёс что-то о Носферату.
- Вот как значит... – протянула Серафал на слова своего ученика и приемника. – В кучках праха, что были возле места смерти Кокабиэля было обнаружено шесть наборов артефактов, скорее всего дело в них, я поручу своим подчиненным разобраться в этом. А вот информация о Носферату очень тревожна, и я даже знаю, кого они им считают. Ты ведь уже понял, Гаспер?