Эдвард запнулся на полуслове, посмотрел на Элис. Она сказала с мягкой улыбкой:
— И я тоже.
— А мы такого обещать не станем, — вымолвила Розали твердо.
— От вас этого и не требуется. Теперь перейдем к тактическому планированию, — сказал Карлайл. — Джаспер, ты будешь возглавлять охоту. С тобой Розали и Эдвард. Дальше Элис и Эмметт, который ее прикрывает. Я всегда буду рядом с Беллой. Место, которое было в видении Элис, я уже нашел, — он снова щелкнул пультом, и на экране высветилась карта леса. Совсем недалеко от пляжа Ла Пуш, хотя и не на территории.
— Там совсем близко квилеты, — нахмурилась Розали, — Джеймс использует это, чтобы сбежать. Он так уже делал.
— Если будет увлечен Беллой, то вряд ли, — сказал Джаспер. — У меня есть выдержка, и люди для меня примерно одинаковые, но у нее действительно соблазнительный запах. Если я что-то знаю о Джеймсе, он не выдержит. И можно будет угнать его далеко. Вы с Беллой окажетесь в это время в лесу у пляжа. Остальные скроются по периметру.
— Помните о том, что с ними двое, — сказал Карлайл.
— Об этом можно не волноваться, — ответил Эмметт. — Судя по анализу его поведения, который сделала Эсме, эти двое у него в подчинении. Скорее всего, они от него как-то зависят. Они слабее. Даже если и нет. Мы с Джаспером прекрасно управимся.
— Хорошо, — кажется, Карлайл не ожидал другого ответа.
— А если он не клюнет на нашу приманку? — спросил Эдвард.
— Я могу порезать себе руку, — вымолвила я.
В воцарившемся молчании Джаспер покачал головой:
— Слишком опасно. Мы все будем в пылу охоты, и лично я не отвечаю за свои инстинкты в такой ситуации.
— С ней буду я, — очень твердо повторил Карлайл. — Она порежет себе руку, и всё будет хорошо.
Всё-таки какой парадокс. Их называют чудовищами, их очень мало, они однозначно не святые, но мне показалось, что этот Договор для них так же оскорбителен, как для людей. Эти существа защищают нас и убивают. Что-то в происходящем казалось немыслимым. Будто кто-то пытается использовать королевскую печать, чтобы колоть ею орехи. Будто кто-то пытается использовать качественную дорогую ручку, чтобы писать ею ругательные слова на некачественной бумаге…
Они не люди. Они нежить. То, что лишено смерти. То, что выше нас в пищевой цепи. То, что способно накапливать больший опыт, быстрее учиться, быть сильнее и умнее. И они… подчинились позорному Договору только по одной причине — их гораздо меньше. Но если бы их было больше, подчинились бы они? Нет. Потому что они не являются толпой, сколько бы их ни было.
Вот, что казалось абсурдным — вечные, лишенные смерти, создания защищали людей, на которых я была так зла, и покорялись им.
Эдвард постоянно повторял мне: люди не равны. Почему я, вообще, хотела думать иначе? Я выросла на убеждении о том, что общее благо выше блага единиц, но это не так. Общее благо — это благо толпы, которая ничего не делает, чтобы заслужить его. Люди являются толпой не потому, что кто-то такими их сделал. Они таковы, потому что это проще.
Нет…
Мы таковы, потому что это проще. Я — часть этой толпы и не имею права заблуждаться насчёт себя.
Мне было страшно, я опасалась сделать что-то не так, чтобы сорвать их операцию.
— Что именно мне нужно делать? — спокойно спросила я Карлайла.
— Ты не обучена и еще мало информирована, поэтому не имеешь права являться полноценным агентом, — ответил он. — Всё, что от тебя требуется — сохранять хладнокровие и выполнять то, что я скажу. Ты готова к этому?
— Нет, — честно ответила я. — Но я сделаю всё, чтобы в точности следовать вашим указаниям.
— Может, дать ей успокоительного? — с сомнением спросила Эсме.
— Это может сказаться на запахе, — ответил Карлайл. — Лучше подготовь нашу одежду.
— Сейчас, — она быстрым шагом деловито ушла из зала.
— Эсме моя ассистентка, но по части химии меня превосходит, — произнес мне Карлайл. — Она создала специальные блокаторы, которые несколько притупляют наш запах. Полностью его убрать нельзя, но создастся впечатление, что мы были тут давно.
— А тот… другой вампир, который умеет уводить Джеймса от преследования? — спросила я. — Он же может почувствовать нас.
— Но он не лидер. Решение об охоте принимает Джеймс, — сказал Карлайл. — И он примет это решение.
========== Сумерки. Часть первая - приоткрытая тайна ==========
Густой и влажный воздух снова предвещал дождь, но его не было, будто тучи над нашими головами изо всех сил сдерживали воду в готовности лопнуть. Они так темнели, что к четырем часам дня на Форкс опустились тяжелые сумерки.
Эдвард посвятил меня во все подробности их охоты. Я не скрывала того, как мне страшно и как я опасалась «что-то сделать не так». Никогда не доверяла своему телу в чрезвычайных ситуациях.
— Ты имела право отказаться, — вымолвил он, пока я смотрела, как в туманной серости дрожат, как нереальные, дома города. — Но ты почему-то захотела участвовать в охоте. Ты должна была отказаться, имела полное право. Ты сама говорила, что не доверяешь своему телу. Какого чёрта ты согласилась, Белла?
— Знаешь… это и есть жизнь, — сказала я тихо. — Не то чтобы она мне нравится, и я даже не уверена, что справлюсь с ней, но я сделаю что-то значимое, понимаешь?
— Нет, — отрезал он. — Продолжай.
— Ты понимаешь, просто протестуешь против этого, — я ласково улыбнулась, встречая его раздраженный почти презрительный взгляд без трепета и неуверенности. — Я старомодна. У меня нет хладнокровного панциря циничности, с помощью которого я бы сказала себе, что моя единственная цель — семья и карьера. Мир страшен, Эдвард. Ты открыл мне правду, и теперь я должна существовать с этой правдой. Кто-то охотится не по правилам. Он применяет пытки и охотится долгое время на небольшой территории. Некоторые из его жертв были социально значимы. Его нужно поймать, иначе другие вампиры последуют его примеру. Двоих он завербовал.
— Не пытайся меня убедить, что ты делаешь это ради Договора.
— А если бы ради него? — с любопытством спросила я.
— Я бы не поверил тебе или решил бы, что ты лишилась рассудка.
— Верно. Я хочу участвовать в охоте только ради себя одной. Ради того, чтобы испытать себя и быть сильнее. Это моё боевое крещение.
Кажется, он наконец меня понял и посмотрел с сочувствием.
— Хорошо, — промолвил он тихо. — Ты имеешь на это полное право.
— Я знаю.
— Так… — Эдвард вздохнул, машина стала ехать медленнее. — У твоего дома засада. Там Билли Блэк с сыном.
— Но зачем они приехали? Отца же еще нет, — удивилась я.
— Он хочет предупредить тебя, — ответил Эдвард.
— О чём?
— Он обязан говорить сам. Мне нельзя вмешиваться.
Эдвард оказался прав. Когда пикап въехал во двор, под козырьком стояло инвалидное кресло Билли. Джейкоб, увидев меня, радостно мне помахал. Блэк старший смотрел на меня своими блестящими черными глазами. Он только кивнул. Он ни разу не взглянул на Эдварда.
Мы вышли из машины. Эдвард, ничего не говоря, неторопливо пошел по улице прочь. Я смущенно поприветствовала Билли, но он смотрел на меня без улыбки.
— Простите, я не ждала гостей. Долго пришлось стоять здесь? — спросила я.
— Нет. Я просто собирался кое-что завести твоему отцу, но не застал его.
Он лгал и при том не слишком притворялся. Прямо он не мог говорить из-за сына, который стоял рядом и, кажется, не вполне понимал, что он тут делает.
Я открыла дверь ключом и впустила гостей.
— Пахнет вкусно, — я приняла сверток из рук Билли, — спасибо. Сама я рыбу только жарю, а отец ее ловит столько, что можно забить ею весь погреб.
Он посмотрел на своего сына и сказал:
— Принеси-ка из машины фотографию Ребекки, я забыл взять ее. Она должна быть в багажнике. Поищи.
Джейкоб удивленно поднял брови, но только плечами пожал:
— Как скажешь.
Я моментально поняла, почему он спровадил своего сына, и от взгляда Билли мне стало не по себе.
— Чарли мой лучший друг, — неожиданно сказал он.