— Вам не нравится то, что я общаюсь с Калленом, — тихо сказала я.
— Я знаю, что это не моё дело, — абсолютно не смущаясь, сказал он.
— Не ваше, — подтвердила я, — и в то же время на правах лучшего друга вы имеете право поделиться с моим отцом своими беспокойствами.
— Именно так я и поступлю, — у него был мягкий, красивый голос, а улыбающиеся глаза подкупали искренней добротой и беспокойством. — Можешь сердиться. Разумеется, я не смогу сказать твоему отцу, что Эдвард из клана кровопийц, но смогу предостеречь. Не смотри на меня так. Информированные часто узнают друг друга, как правило. Ты ещё мало знала, когда я видел тебя в последний раз, но сейчас я вижу по твоему лицу, что ты уже втянута в какую-то их игру…
— Джейкоб тоже в курсе?
— Пока нет. Его время ещё придёт, — ответил он.
— Понятно. Мой отец на меня не повлияет, вы же должны понимать. Мне уже семнадцать.
— Я сделаю это не для того, чтобы отговорить тебя встречаться с этим… человеком. Просто если твой отец будет осторожен, то и Каллен будет осторожен. Не допустит никаких непозволительных, опасных глупостей. Что касается твоей личной жизни — она меня не касается. Но я рассчитываю, что ты понимаешь, что делаешь.
— Полностью понимаю, — сказала я твердо. — Спасибо.
— И… вот, — он вытащил из нагрудного кармана деревянный цилиндр с закупоренной крышкой. — Это подарок.
— А что это? — удивилась я.
— Папоротник, зверобой и вербена. Пахнет вкусно, — улыбнулся он. — Но очень сильно, так что капай на запястье не больше капельки, хорошо?
Я откупорила крышку и вдохнула аромат луга и лета. Теплый, приятный запах.
— Спасибо.
— Рад, что тебе понравилось.
Он не стал читать мне проповедей или выказывать ненужного лишнего беспокойства.
— Пап, я не нашел мамино фото, — сказал вошедший на кухню Джейкоб.
— Ох… возраст сказывается, — со смехом вздохнул Блэк старший, — забыл фото дома, прости меня. Поехали обратно, пожалуй. Ах, да… Белла, если я не ошибаюсь, ты впервые встречаешь этот запах?
— Да, — удивилась я.
— То есть, он тебе не рассказывал о нём?
— Нет…
— А должен был, — негромко вымолвил он. — Обязан. Расспроси его, если любопытно. Он ведь действительно пытается… быть осторожным, не так ли?
Проницательный и хитрый старый волк помахал мне на прощание.
Когда Билли Блэк уехал, мне впервые стало страшно. Словно мой дом покинуло единственное существо, которое способно показать мне во всём этом аду что-то светлое. Квилеты оборотни и, судя по всему, это касается друга моего отца. Более человечные, дружелюбные, простые… Что было бы, если бы меня информировали именно они?
Оборотни и вампиры враждуют, потому что оба этих вида охотятся на людей. Оборотни вполне могут не питаться человеческими сердцами, но для обретения истинного могущества и здоровья им придётся так делать. Это запрещено, конечно. Оборотни тоже могут охотиться на тех, кто не считается Договором официально за людей, но они этого не делают. Квилеты, во всяком случае, точно. У оборотней и вампиров примерно один ареал обитания, один источник могущества, и на фоне этого между ними складывается вполне объяснимая вражда. Их запах друг другу обычно отвратителен — природа так устроила, чтобы держать оба вида подальше друг от друга.
Я не стала пользоваться духами и рассеянно убрала их к себе в рюкзак.
Мне нужно было переодеться. Я снова собрала волосы в высокий кокон, но надела кофту с воротом, она застегивалась молнией. Под ней была белая майка на бретельках. Учитывая, что придется ходить по лесу, я надела плотные, но слегка бесформенные джинсы с широким ремнем. Потом заставила себя съесть фруктовый салат с йогуртом и была, в сущности, готова.
Сердце быстро-быстро колотилось…
Я стояла на кухне, скрестив руки на груди и глядя в лес, когда в дом вошел отец.
— Привет, — улыбнулась я.
Я впервые видела Чарли после того, как узнала о Договоре. Моя улыбка показалась мне самой натянутой, ненатуральной, сердце безжалостно кололо. Только потому, что он является шерифом полиции, он не входит в число социально незначимых. Но когда придет время пенсии, моя мать от него отдалится, а я, например, в Куантико укачу, он… станет добычей. Точнее, стал бы. Если у потенциальной жертвы среди очень близких знакомых или родни есть посвященный, его трогать категорически запрещено. Хоть что-то положительное было в том, что я в курсе Договора.
— Всё нормально? — спросил отец, когда я обняла его. — Ты… странная.
— Просто очень рада тебя видеть, — пробормотала я, стараясь не показывать, что сдерживаю слезы.
— Хм…
— А Билли привез жаркое из рыбы. Пахнет обалденно, — я постаралась говорить с преувеличенным энтузиазмом.
— Тогда доставай греться, потому что я голоден, — он потрепал меня по голове и слабо улыбнулся. Я знаю, что он жутко переживал из-за нашего разговора про Куантико, но сейчас, кажется, поверил, что всё нормально. Я не собиралась больше выбирать такие опасные темы для разговора.
— Как день провела? — спросил он, пока грелась рыба.
— Прекрасно. Утром ездила к Калленам.
Он посмотрел на меня так, словно я внезапно перешла на вьетнамский язык.
— Куда, прости, ты ездила?
— К Калленам…
— Зачем, солнышко, ты туда ездила? — что-то не нравился мне его голос.
— Просто мы с Эдвардом встречаемся, — я вжала голову в плечи. — И он хотел познакомить меня с родителями.
— Ага. То есть, ни одна девушка его в Форксе не устраивала, вся его семья людей сторонилась, а потом появилась ты, и волшебным образом всё изменилось, — пробормотал отец, очень внимательно на меня глядя.
— Я думала, они тебе нравятся.
— Они порядочные люди, но я же лично их не знаю, — он был серьезен. — Нужно еще посмотреть, какие намерения у этого Эдвина…
— Его зовут Эдвард.
— Один чёрт, — спокойно ответил папа. — Хотя то, что он познакомил тебя с родителями — хорошо. И я тебе верю, — он всё еще смотрел на меня с сомнением.
— Он скоро, кстати, за мной заедет, — смутилась я.
— Восхитительно, — невозмутимо прокомментировал мой отец. — Ты так обескураживающе просто ставишь меня перед фактом…
— Ты ведь не против? — пискнула я.
— Еще бы я был против твоей личной жизни под самый конец учебы, когда на носу экзамены. Разумеется, я только за, — с легкой иронией пожал плечами он. — Благо, ты умница, и со всем справишься. Но ты должна понимать, что я шериф полиции этого города.
— Да, папа.
— Я как бы король местного криминального мира.
— Да, папа…
— И ты — моя единственная принцесса.
— Я понимаю, папа…
— И ты понимаешь, что я сделаю с этим замечательным молодым человеком, если он вдруг заставит тебя совершить какую-нибудь глупость.
— Ты пойдешь к сейфу, достанешь свой пистолет и пойдешь за меня мстить в стиле старого Дикого Запада, папа, — улыбнулась я, потому что глаза моего отца смеялись.
— Ну… я обычно не нарушаю закон без веского повода, — с восхитительной откровенностью ответил он. — Только поешь перед выходом. Надо полагать, приглашение на ужин — это такое кодовое словосочетание, которое означает, что вы оба чем угодно будете заняты, но только не ужином.
— Я обязательно попробую то, что приготовил Билли, — я с энтузиазмом вытащила из микроволновки рыбу.
На сердце скребли саблезубые голодные тигры, и им определенно помогали черти из самого ада. Хорошо, что мой отец недостаточно внимателен и слишком верит мне. Иначе бы он понял, как бессовестно я вру.
— Мы едем играть в бейсбол, — сказала я, пытаясь поддержать светскую беседу за едой.
— Чем? — чересчур тонким голосом спросил он и добавил: — Так… чтобы не допустить недоразумений. Белла, бейсбол — это когда люди берут такие большие биты и бьют ими по мячу. В процессе иногда при этом быстро-быстро бегают.
— Я знаю, — мрачно проворчала я.
— Тогда возьми аптечку, каску и наколенники.
— Не издевайся, — прошептала я, краснея, — я буду только болельщицей…