— Отец, — спокойно сообщила Лина. — Он-то как пронюхал?
— Наверно, полковник доложил. Увидел нас в списке и доложил.
— Поздравляю! — крикнул генерал. — До чего докатились: машину украли! Прикажете узнавать от полиции? Решили себе шею свернуть?
— Успокойся, папа. Мы знали, что все будет нормально.
— Ах, знали. С оракулом советовались? Знали!
— Господин генерал, господин генерал… — вежливо напомнил полковник. — Их высочество в ожидании…
— Чего ему надо? — спросил в недоумении Ливиу.
Генерал и полковник стояли возле машины, потные, красные, скрипя портупеями. За их спинами, беспокойно потирая руки, мельтешил главный судья.
— Их высочество ждет, — едва слышно повторил он.
— Ну и идите, поздравьте его с победой. Ясно? — сказал полковник. — Бегом!
— Что-о-о? — оторопело спросил Ливиу.
— А то, что и требовалось доказать, — насмешливо пояснил генерал. — Соревнования выиграл их высочество принц Николае. Вы пришли вторыми! Баста!
— Но как же так? — запротестовал Ливиу. — Все же видели, что он пришел вторым, а мы первыми.
— Плевать на всех! На то он и принц! Неужели не ясно?
— Тсс! Вот он сам! — прошипел полковник.
Оба вытянулись. Лина и Ливиу остались сидеть в машине. Принц шел, улыбаясь, запыленный, на руке у него висели шлем и очки. Чуть позади него семенил главный судья.
— Поздравляю, молодые люди, — сказал принц, протягивая им руку. — Вы были великолепны! Не ожидал встретить таких серьезных противников… Давно занимаетесь гонками?
— Недавно, ваше высочество! А точнее, сегодня попробовали впервые! — ответила Лина, усаживаясь поудобнее.
Ливиу быстро вмешался, не дав принцу возможности даже удивиться.
— Раз уж вы, ваше высочество, вышли в победители, надо бы уладить дело с несчастными гусями.
Полковник от неожиданности почему-то прищелкнул каблуками, генерал закашлялся, точно подавился, а судья покрылся испариной и утер ладонью лоб.
Принц залился краской.
— Разумеется, — произнес он. — Не беспокойтесь, я распоряжусь. Мы возместим владельцам убытки, это мы берем на себя, не правда ли, господа?
Он повернулся и дал знак всем следовать за собой. Они направились к судейскому столу, а Ливиу и Лина, усталые и безучастные, так и остались сидеть в машине. Издали до них донесся голос принца:
— Генерал, говорят, оба юноши — ваши сыновья… Поздравляю, поздравляю…
С неделю весь город перемалывал случившееся. Теперь уже ни у кого не оставалось сомнения, что Ливиу и Лина скоро поженятся.
Но разговоры о женитьбе прекратились, как только на светских балах, всегда в сопровождении мамаши, стала появляться Марилена Богдан. Марилена была дочерью нотариуса, в городе они жили недавно, с первых же дней она стала выезжать и обратила на себя внимание. Старый Север с давних лет знал Иоана Богдана, они вместе учились когда-то в будапештском университете, правда, Иоан был двумя годами моложе. Встречались они и в Бухаресте: Иоана тоже избирали несколько раз сенатором. Север очень обрадовался встрече со старым приятелем и вскоре пригласил его с семьей на ужин. Так состоялось близкое знакомство Ливиу с Мариленой. С того времени она прочно «вошла в их круг», как тогда говорили, то есть в круг друзей Ливиу и Лины. Лина отнеслась к новой знакомой по-дружески и вела себя с ней так же по-мальчишески просто, как с Ливиу. Как-то, когда Ливиу провожал Лину домой, она неожиданно предложила:
— Посидим?.. Мне нужно с тобой поговорить…
Они сели на каменный парапет, окружавший генеральский двор.
— Надеюсь, — начала она, — ты никогда не лелеял надежду на брак со мной?..
— Нет, — честно признался он и, помолчав, спросил. — А ты? Будем до конца откровенны.
— Я тоже. Отлично. Значит, я в тебе не ошиблась, парень! Закурим.
Закурили.
— Ты влюблен в Марилену? — поинтересовалась она. — Только не юли, мы же договорились: говорим все начистоту. Так?
— Да.
— Это мне и хотелось услышать. Знаешь, а я исчезаю.
— Ты что?
— Улетаю. Хочу научиться водить самолет. У мамы есть племянник… мой кузен Мике, я тебе рассказывала о нем. Сейчас он в Бухаресте, в английском посольстве. Полечу с Мике в Англию. Поступлю на курсы пилотов и выйду за него замуж. И вообще надо быстрей сматываться отсюда, пока Гитлер не наложил свою лапу.
— Ты пессимистка.
— Нет, реалистка. Я рада за тебя. Марилена отличная девушка, будь уверен.