– Будешь ждать до старости, – прояснил ему незавидную участь старший брат.
– Тебя это тоже касается, – вмешался в разговор Кирилл.
– Слушаюсь, капитан, – Димка отдал честь.
– И я буду у ротонды, если не докричусь до кого-либо из вас. Смотрите в оба и не теряйте бдительность.
Мимо них прошествовал духовой оркестр из четырёх музыкантов. Парадные костюмы расшиты аксельбантами. Тромбоны переливаются позолотой. Большой барабан грозит лопнуть от важности.
– Я тоже буду играть в оркестре, – сообщил Ромка. – Когда вырасту.
– На моих нервах ты безупречно играешь, – вспомнил Дима старую шутку. – Осталось научиться играть на трубе.
– Ты где такого нахватался? – спросил Кирилл старшего сына.
– Ты отстал от жизни папа, в школе сейчас в моде мат, мат и ещё раз мат между просмотрами дурацких роликов в «Тик-токе». Тебе лучше не знать, про что они, а то выйдешь на пенсию по состоянию здоровья раньше положенного.
– Я ценю твою заботу, сын. Если ты знаешь, что ролики сомнительного качества, значит, смотришь их. Мы уже обсуждали…
– Да-да, пап, информационную гигиену. Нельзя держать во рту мёд и не попробовать.
– Просто держись от современных веяний подальше, – предостерёг Кирилл. – Под этой шелухой пустота. Довольно-таки опасная. Что касается тебя, Рома, то в музыкальную школу поступать поздновато. Эта профессия не предусматривает баснословных денег. Один трубач из ста, может, и зарабатывает, а остальные даже не знаю. Оркестров на всех не хватит.
– Я хочу заниматься музыкой не из-за денег, – возразил младший сын. – Мне нравится сам процесс. Как хобби. Ты же сам говорил, что многое за деньги купить нельзя. Здоровье, любовь, счастье.
– Зато можно всё остальное. – Кирилл остановился в поисках свободной лавочки. Куда там. Всё равно что найти снег в июле. – Понимаете, дети, взрослая жизнь – это…
– Свобода? – выпалил Димка.
– Свобода – это вторая сторона ответственности. Жизнь любого сознательного взрослого, особенно с детьми, это череда однообразных, почти всегда скучных действий. Если ты не родился в семье миллионера и твоя профессия оценивается, скажем, в сорок тысяч рублей в месяц, а это средняя зарплата в нашем городе, тебе придётся на многом экономить.
– Как мы сейчас? – сказал Рома, имея в виду аттракционы.
– Совершенно верно. Попробую объяснить. Я просыпаюсь в семь утра, чищу зубы, завтракаю, веду Кристину в садик или не веду, еду на работу, работаю восемь часов, а с обедом девять. Еду домой, тратя на пробки десятки минут. Ужинаю, принимаю душ и делаю много других дел. В будние дни у меня не остаётся времени ни на что другое. Сплошная рутина. А ведь надо ещё стирать одежду, гладить, готовить пищу, мыть посуду, прибираться, покупать продукты, оплачивать счета, много счетов, гулять с вами, проверять уроки, отводить на секции, забирать и делать тысячи разных дел. В этом нам помогает мама. Это её работа. Она создаёт уют, но не зарабатывает деньги. А моих денег хватает только на самые необходимые вещи.
– Мы бедные? – спросил Рома.
– Нет. У нас есть где жить, что носить и в чём ходить. Мы имеем возможность развлекаться.
– Но мы и не богатые.
– Нет, – повторил Кирилл. – Богатых среди нас не так много. Стремиться нужно к достатку, а не к богатству. У всего своя цена. И порой за богатство требуется платить слишком высокую цену.
– Жизнь несправедлива, – подвёл итог Дима.
– Нет, сын, в жизни есть справедливость, просто её не сразу и не всем видно. Я пытаюсь до вас донести ценность денег. Деньги – это ваше время. Если вы не хотите жить моей жизнью, а я вам этого не желаю, выбирайте профессии, где не будет потолка зарплаты. Где не будет жёсткого графика работы. Немаловажно и удовольствие от работы получать. Печально, если придётся тратить на работу по сорок-пятьдесят часов в неделю и не получать от неё хоть малейшее удовлетворение.
– Ты так работаешь, папа? – спросил Дима.
Кирилл не стал увиливать от неприятной правды.
– Да. Никто не подсказал мне в пятнадцать лет, что юность быстро закончится и начнётся длинная взрослая жизнь, где деньги играют одну из главных ролей. И что семья это не только радость, но и обязательства.
– Не хочу взрослеть!
– А я не хочу заводить детей, – прибавил Ромка.
Кирилл понял, что слегка перегнул палку.
– Не будем тратить вечер на всякие глупости. В конце концов, мы пришли сюда забавляться.
– Забавляться? – Димка скривил лицо. – Пап, никто так не говорит!
– Если тебе стыдно за отца, можешь в следующий раз с нами не ходить.