Когда последний, чересчур закормленный ребёнок покинул салон через люк, Лариса испустила вздох промежуточного облегчения.
– Пожалуйста, не разбегайтесь! Через минуту я буду с вами!
Она присела на спинку кресла. В туфлях хлюпала вода.
– Водитель, может, и пролезет, – сказал она, – только я не смогу поднять его наверх.
– Как и меня, – сказал Тренер то, что ей самой не хотелось озвучивать.
– Что с вашей ногой?
– Распухла как дрожжевое тесто. Смогу ли я встать? Определённо нет. Я едва сдерживаюсь, чтобы не закричать от боли. Вот стыд-то.
– Жаль это слышать.
– Как вас зовут?
– Лариса.
– Вы хороший человек, Лариса. Добрый и отважный. Вашему мужу повезло с вами.
Хорошо, что в темноте невозможно увидеть, как вспыхнули её щёки, даже несмотря на развернувшуюся вокруг них катастрофу. Никто и никогда не называл её хорошей. Ни мама, ни тем более папа, который уехал на Север в конце семидесятых, да там и пропал. В цеху среди гудящих машин обстановка не располагала к разговорам.
Она спрыгнула в проход, очутившись почти по пояс в воде. Водитель так и не пришёл в сознание. Если холодная вода, не смогла привести его в чувства, значит, он мёртв.
Она склонилась к неподвижному лицу. Синева на губах только подкрепила её вывод. Обручальное кольцо на распухшем пальце подсказывало, что кто-то сегодня не дождётся домой мужа или отца. Лариса перекрестилась. Ранее ей не доводилось так близко лицезреть труп.
С крыши в отверстие просунулась детская голова.
– На берегу огни! – завопил мальчишка. – И сирены!
– Это хорошая новость! – крикнула Лариса в ответ. – Я иду к вам!
Тренер в темноте дотронулся до её руки.
– Водитель мёртв?
– Я не…
– Скажите правду.
– Похоже на то.
– Мы въехали в столб. От удара нас отбросило в кювет. Всё так стремительно. Бах! И мы в реке.
– Водитель не справился с управлением?
– Я не следил за ним. Может, и так. Лариса, если меня постигнет та же участь…
Она демонстративно прикрыла уши.
– Не говорите глупостей! Вы слышали? Помощь уже рядом.
– Не злитесь, прошу вас, – Тренер закрыл лицо руками. – Не знаю, что на меня нашло. Наверное, болевой шок. Полезайте к детям, не тратьте время на старого брюзгу.
– Вы слишком строги к себе. Ждите спасателей и не отчаивайтесь.
– Мой выбор невелик. С повреждённой ногой берега мне не достичь даже вплавь.
– Мы можем попробовать сделать это вместе, – предложила Лариса.
Тренер покачал головой. Вода колыхалась внутри салона как в потревоженной банке.
– Это слишком опасно. Откроем двери, и автобус затопит. Вы знаете, что будет дальше. Нас утащит с детьми на дно, в чёртову яму.
– Тогда удачи всем нам, – только и могла она сказать напоследок.
Она упёрлась подошвами на спинки сидений. Ухватилась руками за вырез в крыше и подтянулась. Ветер с дождём били наотмашь по лицу. Дети тянули её наверх, кряхтя от усилий. Под неудобным уклоном ноги скользили. Забравшись на крышу, она так и осталась стоять на четвереньках. Вокруг застрявшего автобуса в дикой пляске бушевала река. На берегу светились десятки огней, больше похожих на звёзды в космосе, чем на ручные фонарики. Свистящие вихри перехватывали раздающиеся с суши крики. Погода ухудшалась некстати. Небо заволокло грозовыми тучами. Сотни холодных, падающих с небес игл вонзались в измотанное тело.
Мощный прожектор вспыхнул так неожиданно, что на мгновение ослепил скопившихся на крыше людей. Не помогла и защита из фактически висящей в воздухе задней части кузова. Поражённый ярким светом один из двойняшек обмяк. Не находя препятствий, податливое тело сползло прямиком в бурную пучину. Лавина детских криков не заставила себя ждать.
– Антон! – девочка порывалась за братом, но более сильные сверстники удерживали её.
Лариса разжала пальцы и скатилась вниз следом за неудачливым бедняжкой. Темнеющие воды приняли её с удовольствием. Она и на поверхности воды плавала на три с минусом, что уж говорить о подводном плавании. Её руки метались, пытаясь нащупать ребёнка. Поздний вечер вкупе с проливным дождём снизили видимость до нуля. Открытые глаза упирались во тьму. Под ней зияла воронка неизведанной глубины. Именно туда мальчика и утащило. Не жалея себя, Лариса сломя голову нырнула в пропасть.
Толща воды, на её счастье, не таила в себе ни подводных течений, ни безумных волнений. Она плыла строго в том направлении, куда, по её мнению, мог свалиться Антон. Кислород в лёгких активно уменьшался. Она решила спасти ребёнка даже ценой собственной жизни. Иначе мёртвый ребёнок будет сниться ей в кошмарах до конца дней.