Если было во вселенной что-то неизменное, так это увлечение мамы дёшево снятыми телесериалами.
– Представляешь, кто-то изрисовал стену между первым и вторым этажами, – сказала она, ставя драгоценные туфли на подставку. – И ладно бы что-то приличное, а то ведь одна непристойность.
Пожилая женщина, по укоренившемуся обычаю, не проявила реакции, расслабившись в ветхом кресле, придвинутом чрезвычайно близко к телевизору.
– Сегодня у нас на обед шоколадный торт, – информировала Лариса, засыпая чай во френч-пресс. – Побалуем себя щедрым кусочком. Заодно расскажу тебе, как я съездила в администрацию. И по секрету сообщу ещё кое-что.
Она подошла к матери с футляром, где под прозрачным стеклом покоилась медаль. У неё чесался язык описать ей впечатления от церемонии награждения. Она очень хотела, чтобы мама гордилась своей пропащей дочерью. К великому сожалению, мама спала. Обильный сгусток слюны болтался в уголке покосившегося рта. Спутанные волосы казались грязными. Удивительно устроено людское восприятие. Живя бок о бок, и не замечаешь, как меняется внешность близкого человека.
Кожа старой женщины просвечивала, обнаруживая сетку разветвлённых вен, на манер рек с притоками на физических картах. Лариса накрыла мамину руку своей. Это всё, что она могла сделать в данный момент для человека, подарившего ей жизнь. Холод маминой руки вызвал в ней растерянность. Она машинально приложила средний и указательный пальцы к сонной артерии матери. Пульс не прощупывался.
– Мама!
Она бережно потрясла маму за плечи в надежде, что та откроет глаза. Безрезультатно. Её мама уснула вечным сном. Они не успели попрощаться. Они даже не успели съесть вместе дурацкий торт.
Размазав слёзы по щекам и вновь обретя присутствие духа, Лариса позвонила в полицию. В ожидании наряда обессиленно упала на тахту, растеряв за несколько минут весь романтический настрой.
– Мама, как же я буду жить без тебя?! – стенала она в пустоту, не пытаясь сдержать рыдания. – Мне так страшно, мама. Мне так страшно.
Звук входящего сообщения ненадолго отвлёк её от внезапного, как снежная лавина, горя. Смахнув влагу с глаз, Лариса вчиталась в текст на маленьком дисплее телефона.
«Надеюсь, ты любишь национальную кухню, ведь я собираюсь пригласить тебя на ужин во французский ресторан. Всё будет хорошо. Твой Гена».
Она посмотрела на мирно покоящуюся в кресле мёртвую мать и подумала, что всё действительно будет хорошо. А если не всё хорошо, то ещё ничего не закончено.
Часть 6. Тёмная сторона
1
Затаскивать велосипед на вершину холма оказалось не просто. У подножия он весил вдвое меньше, а к концу подъёма основательно потяжелел. Объяснить этот феномен Игорь мог только чудесами науки. Он толкал Шаровую Молнию по заросшей тропинке, сталкивая в сторону попадавшие под ноги камни. Не хотел свернуть себе шею на спуске. Если мама узнает, что он не взял шлем, ему сильно попадёт. Скорее всего, его лишат карманных денег на неделю или две. Тогда он не сможет купить себе новые книги. Немалая цена за возможность почувствовать в волосах свежий ветер.
Он решил, что поднялся достаточно высоко, и поставил велосипед на подножку. Вдоль рамы чёрного цвета синей краской было выведено название марки велосипеда – TopGear. Ему больше нравилось придуманное им самим имя – Шаровая Молния. Давать прозвища неодушевлённому предмету довольно странно, но он так называл его только про себя или находясь в одиночестве, как сейчас. Родители и друзья никогда не узнают его маленькую тайну.
Несмотря на внушительное расстояние до холма, коттеджный посёлок лежал перед ним как на ладони. Вытянутые в линию трапеции разноцветных крыш были похожи на гигантские грибы неправильной формы. Улицы так и назывались – Первая линия, Вторая линия… Вплоть до Двенадцатой. За последней линией начинался дикий лес. Дом Игоря находился на Пятой линии. Его черепичная, сходная со змеиной шкурой крыша легко узнавалась. В августе, под конец летних каникул, они вернутся в город. Игорь перевёлся в девятый класс, а его младшая сестра пойдёт в старшую группу детского сада. Большая разница в возрасте не мешала им ссориться по любому поводу.
По правую руку блестело кишащее пиявками озеро. Купались в нём разве только заезжие чужаки, пока липкая тварь не присасывалась к чему-нибудь нежному в их трусах. Да и то давно это было. Прошлым летом Игорь исследовал озеро на плоту. Шест упирался в дно только возле берегов. Он собирался измерить глубину озера с помощью верёвки с подвешенным грузом. Для чего ему придётся соорудить новый плот, так как старый куда-то исчез. Наверное, затонул и лежит на дне, покрывшись слизью.