Он сошел на станции, когда уже начало темнеть. Дачу на побережье Финского залива купили родители Измайлова, деревянный дом с верандой был построен еще раньше, в тридцатые годы. Измайлов сделал внутри кое-какой ремонт, установил забор с автоматическими воротами, но после смерти матери бывал здесь редко. Последний раз Игорь приезжал сюда вместе с ним прошлым летом. Участок успел зарасти кустарником, под соснами лежал ковер из пожелтевших иголок. Лезли в окна сухие почерневшие стебли какой-то высокой травы, но вдоль дорожки уже пробивалась свежая зелень.
В заброшенном доме пахло затхлостью, мышами. Игорь разжег печь, вспоминая время, когда дядя Витя снимал для них дачу на лето. Отчим научил его раскладывать в печке тонкие лучинки для растопки, регулировать тягу заслонкой.
Для городского парня он не так уж мало умел делать руками. Например, колоть дрова, варить уху на костре, копать себе могилу. Сервировать на двоих романтический ужин. Нож справа, вилка слева, свадебные салфетки с розовыми сердечками, бутылка вина. Он выложил на одноразовые тарелки ветчину, сыр, куриные крылышки, купленные в супермаркете у метро. Вымыл зелень, нарезал овощи и хлеб.
Владлен приехал около десяти вечера. Он по-хозяйски осматривался, мерил шагами участок, похлопывал своей тяжелой, короткопалой лапой сосновые стволы.
— Место-то хорошее, земля тут «золотая». А дом надо под снос. Он чей, Измайлова или Козыревых?
Игорь пил вишневый сок, опершись плечом о дерево.
— Измайлова. Его родителей. Они тут похоронены недалеко.
— Завтра проедем по окрестностям, — пообещал Владлен.
Он привез бутылку виски, но выпил немного. У него были проблемы с потенцией. Как и Майкл, он любил добавить к сексу немного насилия. Ему нравилось слушать про то, как отчим трахал Игоря в детстве, как Майкл Коваль пристегивал его ремнями к спинке чугунной кровати. Но больше всего он любил, когда Игорь сравнивал их с Георгием. Слушая, Владлен смеялся, называл его грубыми словами, шлепал по заду. Возбуждался. Игорь чувствовал, что крепко поймал его на секс, хотя Василевский хвастался своими любовницами и пристрастием к женскому полу.
— Под старость лет заделался глиномесом, — смеялся он, крепкими зубами разгрызая куриные кости. — Это ты из меня сделал пидора! Гладкий, сладкий. Чего у тебя, борода совсем не растет?
Игорь улыбался в ответ:
— Лазерная эпиляция.
— Ты такая шлюха! — хохотал Владлен. — Ты готовься, я тебя сейчас порву как тузик грелку.
Василевский считал, что Игорь боится остаться без денежного покровителя. Любил приговаривать: «Не ссы, найдем тебе мужика». В Стамбуле, в гостиничном номере, оба раза они занимались сексом при включенном телевизоре, и сейчас Владлен поставил на тумбочку телефон, нашел канал «Россия 24». Пока дикторы сообщали о паводках и лесных пожарах, он ощупывал Игоря, брал в рот его член, кусал соски. Рассказывал, как будет его трахать.
Когда у него наконец встал, Игорь развел колени и спросил, глядя ему в лицо:
— Ты ведь знаешь, кто взорвал Измайлова?
Василевский шутливо придавил локтем его шею:
— Ты, сучка, не лезь в мужские дела.
Он снова просил рассказать про Георгия и про кушетку с ремнями, которую держал в подвале Майкл Коваль, сам пытался привязать Игоря, без конца повторяя: «Хочешь этого, шлюха? Нравится тебе?» «Нравится. Хочу», — отвечал ему Игорь.
С перерывом на новости и закуски они занимались сексом до двух часов ночи. Василевский так и не кончил, но вымотался и начал засыпать. Игорь подбросил в печку пару поленьев, пошел в ванную. В прихожей ощупал одежду Владлена. Крикнул:
— А ты кто по знаку зодиака?
— Огненный Тигр, — ответил тот хвастливо. — И Водолей. Гремучая смесь.
Игорь знал, что Владлен приедет с оружием. Рука сама нашла холодную рукоятку в кармане его куртки. Осмотрев пистолет, Игорь взвел курок.
Василевский смотрел в экран телефона, лежа на боку, расслабив живот, покрытый седой растительностью, почесывая колено. Но Игорь ненавидел его так сильно, что лег бы с ним в постель, даже если бы он был в сто раз безобразнее. Он зевнул, Игорь навалился сверху, прижал к его груди подушку. Тот все понял, дернулся, но не успел его сбросить. Игорь нажал на курок.
Еще какое-то время он сидел наедине с мертвецом, глядя в темноту, прислушиваясь к тому, что происходит у него внутри. Что-то вспыхнуло и ушло. Не было страха. Кажется, выстрел был негромкий, только обожгло руку. Один глаз Владлена был прикрыт, второй смотрел с недоумением.