Он протянул мне свою крепкую ладонь, и я пожал её, чувствуя, как медленно возвращаюся силы, а к глазам подступают слезы благодарности.
– Спасибо, Джейкоб. Теперь я понимаю, почему Белла так любила тебя. Ты умеешь сочувствовать и понимать. Ты – тот, кто всегда рядом в трудную минуту. Я горжусь тем, что могу называть тебя своим сыном.
Глава 2. ВОЗВРАЩЕННЫЙ. Часть 3.7. Ла-Пуш
Прошло несколько недель. Лето вступило в свои законные права, и стало очень жарко. Но теперь мне не нужно было прятаться от солнца, как раньше, и все эти дни я проводил на пляже в Ла-Пуш вместе с Ренесми и её большой семьей.
Согласно нашему изначальному плану, я должен был уехать из Форкса в тот же день, когда уехали Каллены. Но Джейкоб и Уилл твердили, что я должен остаться с ними, и я с удовольствием согласился. В дом Калленов я тоже не хотел возвращаться – мне было жутко представить, что там сейчас неподвижными тенями ходят иллюзии, созданные Ренесми для отвлечения внимания.
Все дружно решили, что мне будет лучше переселиться в резервацию, что я и сделал в тот же злополучный день. В первый раз в жизни я был рад, что решение принимают за меня.
Последние несколько дней стояла замечательная погода. Оборотни весело играли в волейбол, с громкими криками перекидывая мяч друг другу через растянутую на песке сетку. В коротких шортах одинакового цвета они все выглядели как большая спортивная команда. Их крепкие и смуглые тела на солнце казались золотистыми. Я лежал на песке под зонтиком, сжимая в руках книгу, и с некоторой долей зависти смотрел, какие у оборотней сильные мускулы, данные природой. По сравнению с ними я казался совсем слабым и хрупким человеком. Даже регулярные занятия в спортзале не приносили мне подобного эффекта.
Ренесми играла с Арчибальдом на берегу. Она бросала ему плоский деревянный диск, и Арчибальд молнией мчался за ним, бросаясь в высокие волны, а затем выскакивал оттуда с радостным рычанием и отряхивался, разбрызгивая воду далеко вокруг себя.
– Папа, иди к нам! – в который раз позвала меня Ренесми. Но я предпочитал оставаться в тени. За несколько дней с моей кожей произошла странная метаморфоза – она покраснела, а затем стала приобретать коричневый оттенок. И хотя Джейкоб, узнав о моих переживаниях, со смехом пояснил мне, что со мной всё в порядке и это обычный загар, я всё равно ощущал некоторое беспокойство.
Поэтому я оставался в стороне и лишь наблюдал за общим весельем, стараясь привести в порядок ход своих мыслей.
Но пока всё казалось очень спокойным, про нас как будто забыли. Я тоже пытался забыть всё и не думать о плохом. Наоборот, даже внушал себе надежду, что всё закончится хорошо и я снова увижу Беллу целой и невредимой. Мысли о ней придавали мне сил.
Однако меня не покидало ощущение, что Белла не могла уехать просто так, не простившись со мной, Мне казалось странным, что и она, и все остальные Каллены вдруг так резко поменяли свое решение. И Белла много раз твердила, что никогда не уедет без меня. Даже Ренесми не смогла её переубедить.
Так почему же они уехали?
Эта мысль не давала мне покоя. Я думал об этом и днем, и ночью.
А сегодня мне вдруг приснился еще один сон, который всё объяснил.
В этом сне я увидел самого себя, гуляющего по безлюдному берегу вместе с Беллой. Мы держались за руки и смотрели друг другу в глаза. Но в то же время я наблюдал за всем этим со стороны.
Этому этому могло быть лишь одно логическое объяснение. Белла неоднократно говорила, что не уедет без меня. Значит, она думает, что я уехал вместе с ней.
Точнее, с Калленами уехала моя иллюзия. Образ Эдварда, созданный Ренесми, чтобы обмануть мою семью.
Чем больше я раздумывал об этом, тем правдоподобнее мне казалась эта мысль. Но я не решался заговорить об этом с Ренесми, боясь обидеть её, если вдруг окажусь неправ.
Мои мысли были прерваны деревянным диском, врезавшимся в песок рядом с моими ногами. Я поднял глаза и увидел Арчибальда, стоявшего в нескольких шагах. Его неестественно огненные глаза неподвижно смотрели на меня, так что мне стало неприятно от этого пристального вампирского взгляда.
– Ну же, папа, брось ему фризби! – прокричала Ренесми. Она стояла у самой воды в открытом купальнике и видимо, собиралась купаться.
Я немного замешкался. Арчибальд с самого начала вызывал у меня некоторый страх из-за того, что я не знал, чего от него ожидать. Поэтому я всегда предпочитал держаться от него подальше.
Но сейчас вампирская собака совсем не казалась опасной. Его шерсть была мокрой после многократного купания, и если б не эти глаза, Арчибальд казался бы обычной домашней собакой. Поэтому я решил, что не случится ничего страшного, если я тоже немного поиграю с ним. Наклонившись, я вытащил диск из песка и хотел отбросить его подальше от себя.