- Ты дурак! Сволочь! Убью тебя сейчас! – она бросилась на меня с кулаками.
Ей дважды удалось врезать мне в плечо и по уху, на третий, я перехватил ее руку и повалил агрессивную дамочку в траву.
- Какая ты скотина! – хныкала она подо мной.
- Ага. Еще сволочь и дурак, - дополнил я ее оборвавшуюся речь, а затем поцеловал в губы. – Кстати, мне нравится, как ты трахаешься. Может разыграем сценку из твоей любимой книжицы? Ты бы что хотела попробовать?
Глава 6
- Давай, скажи, что бы ты хотела? – повторно спросил я, заглядывая в ее серые глазки. – Неужели, приятнее жить фантазиями? Почти все это можно сделать на самом деле.
Она не отвечала, часто дыша подо мной и уже беззлобно царапая мою спину. Я ее отпустил, почувствовав приближение Дереванша.
Вернулся архивариус с умытым лицом и неплохим настроением. Элсирика, отойдя в сторону и поправив одежду, немного успокоилась после неожиданного всплеска эмоций. Затем взяла сигарету из брошенной мной пачки и, прикуривая, напомнила архивариусу:
- Господин Дереванш, а вы обещали написать текст Клочка. Почему бы не сейчас, пока утро и голова свежая?
- Обещание я-то помню, - кенесиец кивнул и поинтересовался: – Только где мы возьмем бумагу и чернила?
- Думаю, в сумке нашего великого мага Блата, - предположила Рябинина, пуская струйку дыма.
Я молча открыл среднее отделение сумки и вытащил два белоснежных листа, ручку и папку, чтобы Дереваншу было удобнее писать.
Устроившись под мшистым валуном, кенесиец долго разглядывал мелованный лист формата А-4, тихонько поглаживал его пальцами и что-то бормотал под нос. Я терпеливо ждал, когда он, наконец, налюбуется белым прямоугольником, возьмет у меня ручку и все же приступит к делу.
- Удивительная бумага, - с затаенным восхищением проговорил архивариус. – В жизни не видел подобной! Белая, гладенькая!.. Какая бумага! Господин Блатомир, у вас нет чего-нибудь похуже? Мы не можем расходовать на мои каракули такую славную бумагу.
- Есть салфетки и рулончик туалетной, - съехидничал я.
- Пишите-пишите, господин Дереванш. У Блатомира такого добра завались, - успокоила его Элсирика.
- А мне бы еще и чернила, - попросил архивариус, взяв из моей ладони шариковую ручку.
- Не нужны вам чернила – это волшебная самопишущая ручка, - кенесиец уже начал меня злить. В подтверждение сказанного, я выхватил у него ручку, нарисовал на первом листе несколько небрежных загогулин, затем смял лист и бросил в кострище.
Дереванш несколько секунд смотрел на меня с изумлением, смешанным с ужасом. И когда я грозно навис над ним, он быстренько склонился над листком и принялся за работу. Писал он медленно, выводя каждую букву и даже точки ставя так, словно пытался изобразить микроскопических «Джоконд».
- Вот, господин Блатомир, я написал текст так, как понял его сам, вставив все недостающие буквы. Пожалуйста, - он протянул папку с листком и с особым благоговением шариковую ручку.
Положив творение архивариуса на валун, мы с Элсирикой погрузились в изучение написанного.
Текст выглядел так:
«Три раза я спрашивал его. Спр
но Болваган молчал. Хитро мол
сердце, и смотрел на берег Алра
где возвышался Вирг, и старое святил
стенами. И я смотрел и молчал, ду
водах Алраки мыла ноги наш
приносил горький дым ..орги, и
сказал Болваган:
там наследие Святейш
добавил мудрый Болваган: «Стрела, сокол и зме
найти, но без целого ключа они – смер
Есть часть его в герцога мертвой руке,
ослепленного правдой земной».
- И что из этого можно понять? – я задумался, почесывая за ухом, снова и снова пробегая взглядом по обрывочным строчкам. – Дереванш, вы уверены, что правильно поставили недостающие буквы.
- Почти уверен. Ошибка, конечно, может случится, но нам надо же от чего-то отталкиваться. Пусть пока будет хотя бы такой текст. Если желаете, напишу ровно так, как было на самом Клочке, не вставляя буквы. Можно подумать над другими вариантами слов, вызывающих сомнение.
- Да, потом это тоже напишите. Из всего, что здесь есть, очевидно одно: наследие Святейшей находится где-то на берегу Алраки, - заключил я, еще раз перечитав некоторые строки.
- Алраки – большая речка, начинающаяся в Средних горах и впадающая аж в Мильдийское море, - сообщила Элсирика и без того известный географический факт.
- Да, если рыскать по всей длине Алраки в поисках Сапожка, то мы явно не успеем за копателями. Вообще за это время наверняка произойдут какие-нибудь геологические катаклизмы вплоть до исчезновения самой Алраки, - высказался я. – А вот глядите, здесь сказано: «водах Алраки мыла ноги наш» - «мыла», надо понимать ОНА мыла – особа женского пола. А коли так, то, скорее всего, речь о Пелесоне – кроме нее вроде в этом действе другие дамочки не участвуют. Может Мертарус подразумевал будто, наша Пелесона мыла ноги, ну и Сапожок там посеяла. Утонул ее Сапожок в речке.