- А на чьей же? На нашей… что-ли?
- Нет. Он на своей. Поэтому, всего лишь попросил меня быть осторожной, - Яна закусила губу. Она не знала, стоило-ли рассказывать ему весь разговор. Кирилл ведь тоже… Подозреваемый: - Прошу, идем домой.
- Нет.
- Если ты не пойдешь, то я останусь здесь и замерзну насмерть! - Девушка решила промолчать об Алексее, применяя в ход шантаж. И это, конечно, сработало.
- Яна…Ладно.
Холодный январский ветер подул с севера, заставляя быстрее шагать к двери. Ключи мигом проворачивались в скважине, когда пьяный мужчина скользил по стенке.
- Боже… Кирилл, встань, пожалуйста.
- Не хочу…
- Давай ты хотя бы до дивана дойдешь, - помогая ему подняться с пола, Лебедева закряхтела: - До чего же ты тяжелый…
Не снимая обуви, птичка тащила раненого волка в гостиную. Пара плюхнулась на мягкий диван, и Кирилл тут же зашипел от головной боли, что пронзила его виски.
- Где ты так напился? – девушка ворчала, снимая его пальто и ботинки.
- Взял в офисе из минибара.
- Боже ты мой… В больнице есть алкоголь… Как тебя только таксист взял? – спрашивая саму себя говорила Яна. Она не надеялась на ответ, потому что Волков уже прикрыл глаза и облокотился на спинку. Голова трещала. Но завтра будет ещё хуже.
- Меня никто и не… брал.
Лебедева встала с колен, отбрасывая носки в сторону.
- Что, прости?
- Я сам…
- Что сам?
- Доехал.
- Извини?
- Почему ты уже… второй раз… извиняешься? – Икая в перерывах, взглянул пьяными, но уже успокоившимися от злости, глазами.
- Ты вел машину в таком состоянии?!
- Ну да…
- Ты с ума сошел?!
Волков нахмурился от крика. Голова словно весенний лед, держалась на плаву из последних сил.
- Не кричи…
- Не кричать!? Ты мог разбиться! Боже мой, поверить не могу… Это же на сколько нужно влить в себя спиртное, чтобы не думать о последствиях таких действий! Ты же умный мужчина… А ведёшь себя как малолетний при… Придурок!
Лебедева осмелилась сказать последние слово, и напыжившись заглянула в его глаза.
- Хе… Ты ругаешься… Так мило, - Кирилл протянул руку к Яне, он хотел щелкнуть её по носу, как делал это всегда, когда она вытворяла что-то милое на его взгляд, но девушка отмахнулась.
- Завтра поговорим. Проспись сначала.
Лебедева жутко сердилась. Мало того, что на мужчину навалилась ответственность, надломила потеря отца, так он ещё и жизнь свою не ценит, вытворяя такое. Что-что, но тему суицида Яна не любила. На занятиях с психотерапевтами приходилось, пусть и в скользь, но обсуждать её. Потому что, нужно было понять, не хочет ли Яна окончить свою жизнь. Но Лебедева знала, как бы не было трудно, она бы никогда не смогла бы сделать это. И не потому, что эта не такая сильная боль для завершения жизни, нет. Она бы просто струсила. Не решилась бы. Но и понять других она тоже не могла. Девушка не хотела, чтобы кто-то прерывал свою жизнь раньше положенного срока.
Лебедева так долго добивалась вновь хорошего отношения к себе. Чтобы снова стать собой. Не справедливо, что кто-то может так просто избавиться от проблемы. Они тоже должны бороться за свою жизнь.
Пусть эти мысли и были эгоистичны, но в душе Яна хотела побить Волкова за такое отношение к своему здоровью.
Девушка присела рядом на светлый диван, тихо слушая дыхание мужчины. Пару минут они просидели в тишине и почти не двигались, но после Кирилл не выдержал и свалился головой на колени к Лебедевой.
- Ой!
- Чш-ш-ш… Не кричи.
- Прости, - она гладила его вспотевшие волосы, напевая себе под нос. Гостиная в этот раз вместе с ними погрузилась в траур. Тихое, но ещё живое пространство придавало спокойствия. Правда оно продлилось не долго…
- Я ведь знал, что это рано или поздно случится. Знал… Но я ничего не смог сделать, - Кирилл вдруг зашептал со злостью в колени Яне. Он сжимал кулаки, оставляя отметины на ладонях:
- Я никчемный. Маму не уберег и отца потерял… Кому я вообще такой нужен?! Бессердечный, злой недоучитель, возомнивший себя миллионером. Я ведь не сам к этому пришел… Всё это -заслуги отца и мамы. Я лишь унаследовал их деньги…