Другие говорили, что причиной и разумным основанием следствия предопределения являются предсуществующие заслуги этой жизни. Так, согласно учению Пелагия, начало преуспеяния исходит от нас, завершение же его – от Бога, из чего выходит, что следствие предопределения предоставляется одному и не предоставляется другому постольку, поскольку первый положил начало приуготовления, а другой – нет. Однако и против этого мы имеем высказывание апостола [Павла] о том, что «мы сами не способны помыслить что от себя, как бы от себя» (2 Кор. 3:5). Но невозможно представить никакое начало действия прежде, чем оно будет помыслено, а потому и нельзя утверждать, что что-либо, начатое в нас, может служить разумным основанием следствия предопределения.
Ввиду этого были и такие, которые говорили, что заслуги, проистекающие из следствия предопределения, и являются разумным основанием [самого] предопределения, тем самым давая понять, что Бог милует и предназначает милости кому-либо, поскольку заранее знает, что милость будет заслуженной, как если бы властитель должен был бы пожаловать солдата конем, если бы знал, что тот использует его наилучшим образом. Но они, похоже, проводят различение между тем, что проистекает из милости, и тем, что проистекает из свободной воли, как будто бы одно и то же не может проистекать из них обеих. Однако же очевидно, что милость есть следствие предопределения, и потому ее нельзя рассматривать как причину [того же] предопределения, ибо она уже включена в понятие предопределения. Ведь тогда бы следовало, что если бы в нас выявилось еще что-либо в качестве разумного основания предопределения, оно оказалось бы вне следствия предопределения. Кроме того, нет никакого различия между тем, что проистекает из свободной воли, и тем, что – из предопределения (как нет и никакого различия между тем, что проистекает из вторичной причины, и тем, что – из причины первой). Ибо, как было показано выше (22,3), божественное провидение производит следствия через посредство вторичных причин. Да и то, что проистекает из свободной воли, также подпадает под предопределение.
Поэтому нам надлежит говорить, что следствие предопределения может рассматриваться двояким образом. С одной стороны, как частное, и в этом случае ничто не препятствует тому, чтобы одно следствие предопределения выступало в качестве причины или разумного основания другого: последующее будет служить разумным основанием предшествующего в качестве его конечной причины, а предшествующее – последующего в качестве причины награды за заслуги, сведенной до уровня материальности. Исходя из этого, можно было бы сказать и то, что Бог предрасположил даровать славу ввиду заслуг, и то, что Он предопределил даровать милость заслужить эту славу. С другой стороны, следствие предопределения может рассматриваться как общее. И тогда невозможно помыслить, чтобы все следствие предопределения в целом могло бы иметь какую-либо причину в нас самих, поскольку что бы ни было в человеке такого, что приуготовляло бы его ко спасению, все оно, в том числе и приуготовление к милости, уже включено в следствие предопределения. Ибо ничего подобного не происходит без божественного вспомоществования, согласно сказанному пророком Иеремией: «Обрати нас к Тебе, Господи, – и мы обратимся» (Плач. 5:21). Таким образом, по отношению к следствию единственным разумным основанием предопределения является благость Господня, к которой следствие предопределения целокупно упорядочено как к своей цели и из которой, как из своего первого начала движения, оно же и проистекает
Ответ на возражение 1. Предвидение использования [дарованной] милости Богом не является причиной дарования этой милости, разве что в смысле конечной причины, о чем было сказано выше.
Ответ на возражение 2. Основанием предопределения относительно его следствий в целом является благость Бога. Если же рассматривать частные следствия, то, как было установлено выше, одно следствие может выступать в качестве разумного основания другого.
Ответ на возражение 3. Основание для предопределения одних и осуждения других должно усматривать в благости Бога. Ведь [не напрасно же] говорят, что Он соделывает все через посредство Своей благости, так что божественная благость присутствует во всем. Но этой божественной благости, которая сама по себе едина и неделима, в [многочисленных] Его творениях надлежит быть явленной [в высшей степени] многообразно, поскольку сами по себе твари не способны возвыситься до простоты Бога. Ведь ради исполнения полноты вселенной необходимо, чтобы в ней наличествовали различные степени бытия, причем одни из них должны занимать более высокое, а другие – более низкое место в порядке мироздания. Такое разнообразие степеней может сохраняться в вещах только при том условии, что Бог попускает существование некоторого зла, ибо в противном случае не стало бы и многих хороших вещей, о чем уже было сказано выше (22, 2).