– Завтра сходим вместе.
Пока Аннетт задумчиво рассматривала плавающие в воздухе магические огоньки, шары подлетели к Алану, помогая разглядеть небольшие бутоны, именуемые Медовыми Созвездиями.
Один из них завис почти возле рук, чтобы мягко осветить колбы с зельями и тонкие стебли с крошечными синими лепестками.
Алан надел шелковые перчатки, защищая свои руки от волосков, свисавших с цветков почти невидимой паутиной. Так крошечный ворс не передаст яд коже, и пальцы сохранят чувствительность.
– Я соберу волосы растений, выложу сушиться и проведу тебя. – Алан говорил, но был полностью вовлечен в процесс. Важно было сделать это сейчас, когда соцветия перед увяданием наполнены токсином.
– Хорошо, – тихо ответила Аннетт.
Зелье стоит потраченного на его создание месяца. Раньше было легче контролировать магию. Поэтому Ани села в обитое изумрудным бархатом кресло, перевязала лентой густые темные волосы и откинулась на спинку. Пара минут отдыха и спокойствия.
– Подашь деревянную доску?
– Да… – растерянно ответила Ани, пытаясь найти ее в просторном помещении, уставленном шкафами, стеллажами и приборами на огромной столешнице.
– Она под рабочей поверхностью, только не касайся моих перчаток.
– Помню: яд как обезболивающее, пока не высушишь.
Аннетт достала первую попавшуюся деревяшку и поставила ее поближе к Алану.
Пара щепоток цветочной паутины отправились в небольшой котелок, остальные – на доску.
Теперь на слабом огне кипел отвар, ускоренный заклинаниями. Пар от него собирался в круглые колбы, которые подлетали с помощью магии. При использовании он даст два часа легкого сна тем, у кого возникло привыкание к стандартным снотворным. В прошлый раз Алан делал все точно так же, комментируя процессы и сверяясь с книгой. А сейчас молчал, внимательно отмеряя на электронных весах количество черного порошка, и добавил в него пару капель вязкой субстанции.
Аннетт уперлась бедром в поверхность стола и завороженно наблюдала за выверенными движениями Алана, заглядывала в его зелено-карие глаза и тонула в спокойствии.
Их отношения не были вспышками эмоций. И сейчас, отпустив свое прошлое с Николасом, Ани понимала – именно этого ей не хватало: уверенности в завтрашнем дне, тишины и тепла. Без натянутых нервов и внезапных исчезновений.
Несмотря на прощение, в глубине души Аннетт все еще остался осадок. Николас ушел, пропал, бросил ее без видимых причин и вернулся спустя почти год… будто ничего не произошло. Извинился. Но Ани обещала себе не давать шанс тому, кто так спокойно отказался от нее без каких-либо объяснений.
– Зелье оставлю остывать, а утром, когда немного выветрится, разолью по бутылочкам. На месяц хватит… А там и новый урожай Медовых Созвездий подоспеет.
Слова Алана вернули ее в реальность, и Ани рассеянно посмотрела на время. Восемь… До начала бала Полнолуния осталось два часа. Успеть бы собраться.
– Ты в порядке? – спросил Алан, касаясь ее руки.
– Пока справляюсь с магией, да, – шепотом ответила Аннетт.
Не говорить же, что волна эмоций мешает контролировать силу источника. Это слабость. Слабость, которая может стоить жизни. Прошлое следует отпускать, чтобы оно не возвратилось и не потянуло вниз, ко дну, откуда не выплыть.
– Ани?
– Я буду в порядке… – сказала она, спрятав лицо на груди у Алана.
Он все понимал и поэтому крепко прижал ее к себе, перенося в просторную комнатку на последнем этаже дома Рэнделов.
– Я буду ждать тебя в праздничном зале.
– Если я не приду первой, – с улыбкой сказала Ани и поцеловала Алана. Коротко, мягко, тепло.
– До встречи, леди Рэндел.
Алан взял со стола свое приглашение, поклонился, целуя ее руку, и растворился, чтобы подготовиться и явиться в Лавку Зодчего в назначенное время.
В каждом билете был указан адрес. Аннетт должна была попасть на бал через заброшенное здание неподалеку, Алан – через библиотеку. Каждое празднование – игра, в которой Лавка показывает ведьмакам что-то значимое. И, рассчитывая на это, Аннетт надеялась увидеть подсказки о ключах. Чем больше проходило времени, тем сложнее было понять, как и где их искать.
А пока ее ждало закрытое бордовое платье с несколькими слоями фатина под цвет основной ткани. Узкие рукава, горизонтальная горловина, приоткрывающая украшение-капельку в яремной ямке, и легкий, струящийся и мерцающий подол до самого пола.
Аннетт была в образе сердца дракона из рассказа в сборнике «Дом забытых историй». Мрачная сказка о любви… В ней дракон отдал самое ценное, чтобы найти ту, которая спасет его от тьмы, поглощавшей его душу.