– Вы п-плоть, – с заиканием произнес слуга, кланяясь ожившему Норду.
– Мы те, – говорил он о себе и о демоне, – кто выпьет магию этого места и накажет его за жадность. Сила источника должна принадлежать создателю города, мне. Нам!
Вместо ответа слуга упал на колени и задрожал, истерично заламывая пальцы рук.
Тодор знал, что произойдет: в несчастного вселят демона, и так появится первый проклятый. Первый подчиненный, слепо следующий указаниям того, кто выше в иерархии. За непослушание – смерть. И он наверняка не отказался бы от нее, но демон внутри ведьмака всегда будет думать иначе.
– Ты ведь знаешь, в чем их проклятие? – Голос спрашивал Тодора, хотя все было слишком очевидно, и тот в ответ кивнул. – Демон дает свою магию, ее подпитывают убитые, а их души продлевают существование.
Их… Речь шла о Норде, стоявшем на берегу океана. Рядом – все те же дома, возле которых ему вернули плоть. Но, судя по разбитым стеклам, жилье было заброшено. От него веяло старостью, ветхие деревянные опоры накренились и при сильном штормовом ветре тихо поскрипывали. Этот звук пробрал бы до дрожи, но Тодору было слишком хорошо знакомо тяжелое ощущение уходящей жизни.
– Безразличие. Что может быть хуже?
– Жалость, – твердо отозвался Тодор.
– Тогда смотри, к чему она приводит.
На мгновение видение размылось, замелькало, показывая кусочки прошлого. Все напоминало перемотку времени, и, похоже, одно и то же событие повторялось.
Норд ждал своих слуг. Они приводили одного из ведьмаков, чтобы создатель города выпил его силу, душу и смог переместиться в прошлое. Изменить его, дать будущее тому, кто давно должен был погибнуть.
Тодор хмуро и на первый взгляд безэмоционально наблюдал за всеми ритуалами. Злость выдавали только побелевшие костяшки пальцев, которые он сжимал в кулаки, и напряженность в мышцах шеи и челюсти. Он напоминал охотника, выслеживающего добычу: мгновение, и сделает единственно верный выпад, чтобы лишить жизни того, кто так легко отбирает чужие.
Его останавливало только осознание, что все это лишь воспоминания мертвых, картинка и ему не исправить былое.
– Смотри, смотри, – повторил голос, вырвав Тодора из его собственных мыслей.
В этот раз все шло своим чередом. Норд ждал у ритуальной чаши возле особняка, где ему вернули человеческий облик. В правой руке был кинжал, в левой – бокал с вином. Он выльет его содержимое на землю, чтобы та впитала багровый напиток, а после приняла кровь. Двое его слуг переместились вместе с новой жертвой, светловолосой девушкой. Едва ли ей было больше двадцати. Едва ли в ней была магия. Слабая, беззащитная. Она даже не сопротивлялась – вяло опустила голову, позволяя мужчинам, замотанным в серые одеяния, тащить ее к смерти.
Видеть это было особенно тяжело. Тодору не хватало самообладания. Он обнажил клыки, глаза затуманились.
Отрезвило появление пятого участника. Мужчина был практически зеркальным отражением Тодора. Такой же высокий, плечистый, тяжелый взгляд и густые брови. Он закатал рукава старомодного пиджака и широким шагом преодолел расстояние, отделяющее его от черты заброшенных прибрежных домов.
Никто не станет жить в проклятом месте.
Никто, кроме тех, кто его создал.
Все происходило быстро и без слов. Пока Норд рассерженно показывал пальцем на незнакомого ведьмака, тот магией отколол землю, ограждая проклятых от города.
Теперь вместо берега был обрыв, а за ним – оторванный силой источника клочок земли. Их соединяли только тонкие нити силы. Едва заметные со стороны и настолько блеклые, что ведьмак, охранявший Нордвуд, не обратил на них внимания.
Он переместился на остров, чтобы завершить заклинание и обездвижить Норда и его последователей. Не учел лишь одного – слуга, следуя приказу, уже прочитал нужные слова, и его демон вырвался. Он успел проникнуть под только что созданную защитную оболочку до того, как за ней скрылись незнакомец и ведьма.
– Нет барьера, который не поддерживается. Как только проводник, выполняющий эту роль, впустит в себя демона, я вернусь, – хрипло выкрикнул Норд. – Вернусь, чтобы забрать принадлежащее мне по праву.
Ведьмак ухмыльнулся. На его руках была бледная и едва живая от страха девушка, а значит, Норд остался без магии. Пустые слова. Подумав об этом, защитник города посмотрел на символ Y на своей руке и, призвав источник Нордвуда, оттолкнул отколовшийся остров как можно дальше в соленые воды.