— Хм… Маленький хитрый баатезу, именно поэтому ты использовал формулировку «починить», а не «излечить», — прошипел монстр, в тоне которого странным образом сплетались веселье и гнев.
— Есть проблема?
— Да. «Проблема». Первый за пять тысяч лет Пакт, что я не могу выполнить! Восхитительно!
— Почему не можешь? — известия мне не нравились.
— Потому, что «лечить» тут нечего. Она полностью здорова. Но нечего и «чинить». Починка предполагает устранение неполадки. Эта особь же просто нежизнеспособна. Это не неполадка. Деградация и смерть — это естественные для этого существа этапы. Однако при этом, согласно договору, я должен провести воздействие, после которого она должна будет стать способной «дальше жить, быть здоровой, развиваться и далее». Я мог бы связать её душу с Геенной, перековать сущность в исчадие, но тогда она перестанет быть химерой. Просто Пакт на поддержание жизни? Но тогда она всё равно будет разваливаться, испытывать боль, а обезумевшая от боли — не сможет ничего нового учить и развиваться. Обрубить чувство боли? Так ведь всё равно развалится и в таком состоянии не будет ни на что способна. Какая забавная ситуация.
— «Забавная?» — вскинул я бровь, ибо описывал он то, что должно было бесить исполнителя, коему выпала непосильная работа, но никак не забавлять.
— Да. Цугцванг. Моё действие с этим существом, чтобы его спасти, будет нарушением договора. Моё бездействие и просто «поддержание» — тоже будет нарушением. При этом очевидно, что и ты, маленький баатезу, не получишь то, что хочешь. Я давно так не веселился. И мне даже стало интересно, что будем с этой ситуацией делать?
— Почему ты веселишься, разве нарушенный Пакт не ударит по тебе? — не выдержала Шеллис, что всё это время наблюдала за усыплённой Ю Лан.
— Ударит, — кивнул демон в балахоне. — Более того, мои враги об этом узнают и воспользуются, что сильно пошатнёт мои позиции. От этого я пребываю в бешенстве. Однако борьба за власть в этом граде идёт с момента его сотворения. Тысячи и тысячи лет всё одно и то же, здесь же… интересный, необычный случай, когда и Договор может быть нарушен, и обе стороны при этом теряют и остаются недовольны. Это редкость сама по себе, обычно недовольны и жалуются только наши контракторы. Со мной же такое… — планар задумался, — вообще впервые. И мне… интересно. Да, очень интересно.
— Ты точно ничего не можешь сделать? — обратился я к ультролоту.
— Не в рамках этого Пакта.
— Условия Договора можно изменить, если на это согласны обе стороны, — напомнила Шеллис.
— Можно, — подтвердил Дифтериус, — но зачем? Что именно вы хотите?
— Для начала скажи, насколько перековка сущности скажется на разуме и всём остальном? — ответ я и так знал, но, возможно, у демонов-дьяволов всё иначе?
— Сначала — никак, — принялся отвечать юголот, — но Зло в душе будет расти, подталкивать ко злу. Она должна будет принять свою новую натуру и наслаждаться жизнью или же постоянно бороться с собой, со своей «проклятой природой», как делают некоторые забавные полукровки вашего вида. Хочешь вычеркнуть «химеру» из Пакта?
— С тем же успехом он её сам перекуёт в исчадие, — злобно прошипела дочка Архидьявола.
— Верно, даже возвысить сможет, если делать всё правильно, — согласился планар. — Тогда мы приходим к тому, что недовольными останутся все.
— Тогда… в качестве неустойки ты передашь мне те знания по химерологии, что предлагал ранее. И на этом мы закончим.
— Хм… — псионическое давление твари стало мощнее. — Хм-м-м… Что же, ты позабавил меня, дьявол. И, клянусь Стиксом, если ты приволок эту химеру, чтобы изначально таким образом скинуть цену и получить то, что желал, не заплатив, то это просто гениально! Да будет так, — перед монстром возник кристалл. — Здесь всё тобой желаемое. Честно и без обмана: химерология, что я смог собрать за тысячи лет, без искажения теории, заклинаний, ритуалов и принципов, без скрытых ловушек и спрятанных секретов. Просто направь в камень свою силу и изучай что пожелаешь. Сделка?