— Как будем искать? — повернулся я к дьяволице, что уже приняла истинный облик с отливающей багрянцем кожей и крыльями. Пусть она не совсем местная, но опыта по жизни и перемещению в Нижних Планах имела поболее моего.
— Для начала можно взлететь повыше и оглядеться, — предложила девушка, — а дальше поймаем кого из местных, хотя бы направление сказать нам должны.
— Хм, ладно, полетели, — и я тоже позволил своему телу перетечь в более смертоносный вид, как выпуская крылья с рогами, так и обзаводясь когтями на руках. М-да, нечасто мне приходится летать, как-то всё не до этого, а вообще довольно приятно.
— Отлично, на первый взгляд мы выглядим парой молодых Истинных баатезу, — одобрительно покивала Шеллис.
— И в чём это «отлично»?
— Проще будет торговаться… ну или выбивать нужное нам, — предвкушающе оскалилась моя спутница.
И в конечном итоге оказалась права. В том смысле, что сверху никакого города мы не увидели, зато наткнулись на группу чем-то напоминающих гуманоидов насекомых, что пасли тварей, отдалённо похожих на плод греха крокодила с овчаркой. Правда, размером с бегемота, но это детали. Низшие юголоты, а пастухами оказались именно эти планары, оказались очень предупредительными. Ну, тот самый момент, когда ты — натурально «забитый крестьянин», а к тебе с небес пикирует минимум «граф», что очень хочет задать тебе пару вопросов… Так что нам не пришлось ни платить, ни даже угрожать — в какой стороне город, тварюшки своими лапками сразу показали. И, судя по чуть насупленной мордашке дьяволицы, той было даже немного жаль, что ни из кого «секреты» выбивать не пришлось.
До Ползучего Города мы в итоге добрались за пяток часов. Даже с учётом очень неплохой скорости полёта, зависящей не столько от силы крыльев, сколько от общей магической мощи (что автоматически давало нам почти сверхзвук, а может, и без почти, учитывая изрядную условность местных законов физики), План «Геенна» был огромен. Что же касалось самого города, это было… сюрреалистично. Огромный, по меркам средневековья даже чудовищно гигантский, полный небоскрёбов, выточенных из антрацита и оникса, он располагался на ещё более неправдоподобном диске, под которым были «установлены» сотни длинных, тонких когтистых лап, на которых данная архитектурная аберрация медленно, но неотвратимо ползла по своим архитектурным делам, время от времени меняя длину и количество ног.
В самой столице юголотов было… привычно. Да, я сам удивился этому ощущению, но факт оставался фактом. Величественная и в чём-то красивая архитектура — есть. Все такие «честные» и «законопослушные» мрази, готовые в любой момент тебя прикончить и обобрать не то что ради малейшей выгоды, но и просто для самоутверждения, а также поднятия настроения, — тоже есть. Даже забитые и сломленные рабы всех видов и расцветок, хотя и сильно экзотичного для реалий Торила облика, аналогично — хоть на каждом шагу натыкайся. Словно и не покидал Андердарка с городами дроу, честное слово. Разве что лица торговцев и прохожих были не притягательно-прекрасны, а отталкивающе-отвратны, но даже на прилавках, по сути, были вещи того же плана, что и в подземных городах, с той лишь разницей, что планары будут посильнее смертных, а потому и игрушки у них мощнее.
Хотя нет, вру. Одно отличие было. Для тёмных эльфов мы были чужаками, иблитами, то есть по определению дерьмом, которое лишь терпят, даже если это дерьмо может вырезать если не весь твой город, то целый Дом того, кто кривит на них рожу. Потому спесь и говно из дроу лезли постоянно. Тут же мы были «молодыми Высшими», что внушают страх и уважение просто по праву силы. Потому своё говно юголоты держали при себе и желали нас прикончить и обобрать чуть менее демонстративно, м-да.
Но это всё так — декорации, ключевым и самым неприятным моментом был поиск выходов на поставщиков. Не сложным, а именно неприятным. Поскольку данные планары считались условно-нейтральной тёмной фракцией, любили наёмничество и прочие гешефты, то торговали тут всем и со всеми, а найти предложение было несложно. Но все торгаши были низшими представителями вида, и нужной мне информации у них не было. Зато была спесь, смешанная с алчностью, страхом, завистью… Короче, даже с учётом того, что «читать» данных существ было сложнее, чем смертных, а я уже имел некоторый опыт по «заплывам в дерьме без акваланга» благодаря работе с дроу, приятного там всё равно было мало.
— Ши-ши-ши… Гость ищет знаний, непростых знаний… Сей скромный торговец может просветить гостя… За определённую плату, — пятирукая тварь с шарообразным телом, в котором были пасть и налитые буркалы глаз (пяти), попыталась улыбнуться.
— Я могу дать тебе вот эту волшебную траву из Материального Плана. Если твоя информация окажется стоящей, — младший инфернал, на котором только и мог обращаться к другим тёмным планарам «чистокровный дьявол», неприятно драл горло. В отличие от высшего инфернала — языка дьявольской элиты, что очень плохо давался всем, кто не является Истинным баатезу, диалект младших обитателей Девяти Адов представлял собой не самое мелодичное и приятное наречие. И это мягко говоря. Он будто был создан для того, чтобы рычать команды на поле боя, хотя, в приниципе, ничуть не уступал в насыщенности и глубине любому из языков смертных рас.
— Мало! — осмотрев пучок дым-травы, прошипел дерголот — подвид низшего юголота, но уже не «самое дно». И будь мы в обычном мире, я бы с ним согласился — дым-трава, она же дымянка или дымник, была лёгким стимулятором, чем-то между табаком и коноплёй. Ценилась бардами, менестрелями и прочими творческими личностями, не вызывала привыкания, но в чистом виде была довольно токсична для простого человека — более трёх самокруток в день гарантированно на несколько часов превращали желающего расслабиться идиота в, собственно, идиота клинического — с уровнем интеллекта чуть выше тролльского. И мышцами гоблина. Но для духовных существ это был «чистый кайф», за который платили если не душами, то какой-нибудь местной магической руды могли отсыпать телегу. Ну или попытаться оторвать у тебя травку вместе с руками… В общем, пятирукий охренел. Что ему и высказали…
— За всего лишь представление другому торгашу? За подобную наглость я сейчас сдеру с тебя шкуру, полью тушу разбавленной святой водой, а то, что останется, отправлю в Серые Пустоши! — Шеллис отыгрывала «плохого дьявола». Да… отыгрывала.
— Хорошо-хорошо! — пошёл на попятную низший, у которого алчность сменилась страхом — до него дошло, что перед ним не голь залётная, а товарищи, так-то реально способные его освежевать и сказать, что так и было. И которым за это ничего не будет, особенно если мы в качестве виры дадим местной страже вот такой же кисет травы. Ну, а осознав, пошёл сводить с нужными разумными.
Нужный разумный оказался писколотом — следующее звено в юголотской иерархии, всё ещё низший у них, но на деле соответствующий уже классу младших демонов-дьяволов. И он действительно выглядел как тот, кто мог дать информацию по химерологии. Хотя бы потому, что представлял собой покрытую прочным хитином непонятную кракозябру на птичьих ногах, с рачьим хвостом, щупальцами то ли иллитида, то ли просто осьминога (но расположение таких щупалец вокруг рта твари говорили в пользу иллитидов, да и ощущалось от него некоторое психическое давление) и крабьими клешнями. И эмоции у него были куда как более холодными и блеклыми. То ли особенность вида, то ли он закрывался от пассивного чтения.
Данный тип был кем-то вроде старшего торговца, держателя района и посредника. Как всё это сочеталось в одной должности, я представлял слабо, но, откровенно говоря, на подобное было плевать. А вот сможет ли он действительно предоставить то, что мне нужно, — вот это меня волновало.
«Цена знаний — душа», — протелепатирол юголот. — «Душа разумного. У тебя есть чем платить, молодой дьявол?»
«Разумеется», — перешёл и я на псионику.
«Тогда — смотри!» — перед ним возник антрацитово-чёрный свиток, на котором алыми письменами проступали названия разделов, за которые предлагалось заложить душу, правда, не обязательно свою, да.