-Ди! Посмотри на меня! Посмотри! Успокойся! – Он послушно поднял на нее глаза и ей стало жутко от плещущего там безумия. Нина испуганно смотрела в его горящие ледяным бешенством глаза и не видела хоть искру того, что он ее слышит. Там же кроме безумия ничего. Ей стало жутко. Он ее точно убьет. Прямо здесь и сейчас. Оторвет голову голыми руками и плевать ему на всё. Он больше не слышит ее – поняла девушка. Он же видит в ней сейчас только Лайсу! Лайсу!!!
-Нет! Нет! Не смотри! Не смотри! Закрой глаза! – девушка беспомощно оглянулась на собирающуюся толпу зевак. Где-то уже кричали стражу. Ресницы ларта дрогнули и сомкнулись. Впервые Нина возблагодарила его покорность и ласково коснулась бледной щеки парня. Ларт дернулся, но она не отступилась. Пальцы дрожали, когда она погладила его по щеке, зарылась пальцами в жесткие, влажные на висках волосы. Опять скользнули по щеке. Стараясь не обращать внимания ни на боль в руке, которую сжимал ларт, ни на столпившихся вокруг зевак, ни на истошные голоса где-то дальше по улице зовущие стражу.
-Ди, успокойся. Это я - Нина- На неестественно бледных щеках ларта заиграли желваки и пошли красные пятна. Он сжал еще сильнее и Нине уже показалось что она слышит треск ломающихся костей. Она заскулила от боли. – Слушай мой голос! Слушай мой… -Какая же она дура! Нина выругалась и торопливо зашептала, стараясь, чтобы голос звучал как можно нейтральнее - Слушай меня! Я Нина! Я Нина Ди, не Лайса! Поверь мне! Успокойся! Тебя же убьют. Нас обоих сейчас убьют! Потому что я тебя им не отдам! Ни за что не отдам. Закрой глаза и слушай мой голос! Пожалуйста, поверь мне. Никогда не предам. Никому не отдам. Успокойся. Слушай меня. Мой голос слушай. И верь мне, Ди. Пожалуйста верь. Все сделаю, но тебя не отдам.
Она старалась говорить медленнее и тише. Старалась, чтобы ее голос максимально не напоминал хрустальный колокольчик.
-Ди, миленький, хороший мой. Пожалуйста, успокойся. Я рядом. Я с тобой. Просто отпусти меня. Это Нина, Ди. Нина. Поверь мне. Послушай.
Хватка стала ослабевать. Дыхание ларта чуть замедлилось. Нина вздохнула было с облегчением, но крики там, дальше по улице, стали уже другими. Не звучали тревожно, а уже скорее облегченно, с воодушевлением. Стража идет, поняла девушка и застонала в душе. Продолжая шептать успокаивающие слова, она в панике пыталась придумать, что ей сказать, когда стража подойдет к ним. Отдать раба им, она и мысли не допускала. Ни за что!
-Ди. Ты как? Сейчас здесь будет стража. Пожалуйста, ради меня, ради нас обоих, будь покорным. Пожалуйста. Я тебя молю. Я сама с ними ….
-Ларра.
В душе Нина уже не стонала, она там рыдала в голос, но подняла на затянутого в мундир усача совершенно спокойный взгляд и обворожительно (по крайней мере она очень хотела в это верить) улыбнулась.
-Да, уважаемый. Что-то не так?
-Что тут происходит?
-Ничего особенного, уважаемый. Я просто сказала своему рабу, что он будет наказан, и он вымаливает прощение.
Страж недоверчиво приподнял бровь и покрутил пальцами ус. Вот теперь замри ларт. Не вздумай шевельнуться. Нина осторожно шевельнула рукой освобождая ее из ослабевших пальцев Дийэнна и постаралась чтобы не дай бог не задрался рукав. Там же наверняка синяки остались.
-Мне показалось, что вам требуется помощь.
-Вам показалось. Какая помощь может понадобится лаэрти? Уж не думаете ли вы, что какой-то ларт может причинить мне хоть малейший вред?
-Ларра может сказать мне свое имя?
-Конечно же уважаемый. Джоанна Бутирос из Красного дома.
-Кхм. Этот раб принадлежит вам?
-Вы хотите устроить мне допрос? Мне?! Лаэрти из уважаемого рода?
-Я просто…
-Я буду жаловаться вашему совету. Идите прочь. Вы пытаетесь опорочить меня прямо перед тарками?
Нина гневно стреляла глазами, не глядя пытаясь нащупать за спиной все еще стоящего на коленях ларта.
-Позвольте я …
-Не смейте ко мне приближаться! – Нина постаралась добавить в голос истеричных ноток. – Как вы смеете обвинять меня во лжи?!
-Да я… -Страж смущенно задергал своими рыжими усищами.
-Нет! Никаких извинений! Я считаю, что вы меня оскорбили своими подозрениями!
Нащупала. Ухватила за ткань рубахи и подергала вниз. Поймет или нет, что ему лучше еще ниже склониться? Понял. Едва не лбом земли касается. Дыхание все еще сбитое, шумное. Сам вздрагивает. Но вроде пришел в себя. Нина очень на это надеялась.
-Всё. Некогда мне тут с вами расшаркиваться. Ну? Чего расползался? Вставай давай. – Нина повернулась и потянула раба за рубаху. Нужно было бы за ошейник. Но рука не поднялась.
Надо же! Поднялся. Нина глянула на своего раба и сердце ухнуло вниз. Еще бледнее и глаза дикие. Самого колотит так, что странно что зубы не стучат.