-Нет, Лайса. Я бы тоже хотел забыть обо всем. Просто жить, любить, встречать новый день с любимой женщиной, и засыпать зная, что любим. Мне уже поперек горла вся эта жизнь на виду. Думаю, я был бы намного счастливее, живя в глуши. На берегу озера, в маленьком домишке. Где нет никого намного дней пути. Только я и она. Моя любимая женщина. – почему-то ей слышалась такая тоска в его голосе.
Тэон замолчал, бездумно глядя куда-то вдаль с таким странным выражением лица, что девушка не решилась его отвлекать. Растерянно замерла, боясь шевельнуться и только рассматривала чеканные черты любимого из-под прикрытых ресниц. Долгое время они так и стояли. Девушка извелась вся, пока Тэон, словно очнувшись, не опустил взгляд на нее и горько усмехнулся.
-Ты права, моя прекрасная ларра. Права во всем. Знаешь, я всегда стремился чего-то достичь, кому-то что-то доказать. Да о чем я. Доказать отцу. Мой старик очень требовательный, ригидный и авторитарный человек. Он вбил себе в голову правила, по которым, по его мнению, должен существовать наш мир, и ничего другого слышать не желает.
Он посмотрел на нее, не узнавая, и вдруг, резко притянув ее к себе, прижал к своей груди. Пальцы его были жесткими и доставляли боль. Но он чмокнул ее в макушку, быстро, легко и замер.
-Да, все будет хорошо. Обязательно будет.
Почему-то Нине стало холодно. Она поежилась и прижалась к нему теснее, обхватив за талию.
Мужчина судорожно вздохнул, и плечи его расслабились, но в глазах мелькнуло что-то тревожное. Он аккуратно отодвинул девушку от себя на полшажочка, посмотрел на Нину очень серьезно, и даже напряженно.
-Ты сделала меня счастливейшим человеком на земле, моя прекрасная госпожа. Я не могу выразить то волнение, которое мучило меня последнее время. Я в самое ближайшее время вернусь в Энтаррию, чтобы начинать приготовление к ритуалу. А теперь иди. Не следует нам наедине быть.
-Тэо…
-Иди, Лайса. Иначе я… не сдержусь. Ты слишком прекрасна, моя любовь. Мне нужно многое сделать.
Мужчина быстро чмокнул ее в висок и подтолкнул к двери.
Глава 5
Спала Нина плохо. Скорее даже не спала, а время от времени проваливалась в зыбкое вязкое состояние, между сном и бодрствованием. Когда тени вдруг обретают свою волю и начинают шептать то, о чем не позволяешь себе думать. Не помогла даже вереника. Ее преследовали обрывки кошмаров. Душегуб с Каменища, с мертвыми потянутыми белесой пленкой глазами, шептал ей: «Я готов. Сделай это быстро, пока она не выпила твою душу» и протягивал ей сложенные лодочкой ладони, полные темной, почти черной крови. Кровь выплескивалась на его босые ноги и всё не кончалась. Тэон, превращающийся в одну из безликих фигур в капюшонах прижимал палец к губам. А чей-то неясный шепот бубнил и бубнил над головой: «Никому не верь. Никому».
Рассвет застал ее в полудреме, когда дверь скрипнула и Полетт, нарушая все приличия, вбежала в комнату, держа в дрожащих руках смятый листок.
-Госпожа!
Сердце екнуло, уйдя в пятки.
Еще толком не проснувшись Нина дрожащими пальцами развернула лист. Почерк был нервным, торопливым, кляксы чернил в нескольких местах, будто перо задерживали, подбирая слова.
«Лайса, моя любовь,
Прости меня. Умоляю, пойми и не вычеркивай из памяти. Ночью прибыл гонец — в Энтаррии бунт на рубежах с дикими. Мне необходимо быть там немедленно. Я не стал будить тебя — не хватило духу смотреть в твои глаза, говоря "прощай".
Я молю тебя о шансе. Как только ситуация позволит, я отправлю официальных послов для заключения договора о нашем браке. Если... если ты все еще захочешь дать его мне. Прошу, носи перстень. Он будет оберегать тебя, и не верь никому. Даже мне не верь. Я уплываю с тяжелым сердцем, оставляя с тобой свою душу.
Твой Тэон.»
Буквы поплыли перед глазами. Воздух стал густым и невыносимо душным. «Не стал будить... Не хватило духу...»
Нина долго сидела, невидяще уставившись в письмо. Ее мысли лихорадочно метались, цепляясь за детали. Ночной гонец. Бунт диких. Разве наследнику нужно лично мчаться на границу? И это прощание вчера... этот странный, почти панический блеск в его глазах, объятия, полные отчаяния, а не радости.
Она сорвалась с места и, натянув первое же попавшееся платье, босиком выбежала в коридор. Гвардеец у дверей вздрогнул, увидев эйру с растрепанными волосами и диким взглядом.
— Госпожа?..
Но она уже мчалась к покоям Тэона, не чувствуя под ногами холодного камня.
Дверь была распахнута. Комната казалась вымершей и неестественно пустой, хотя всё оставалось на местах. На столе — опрокинутый бокал с засохшим красным пятном на дне, как запекшаяся кровь. Фигурки из «Лаэрти и замков» раскатились по полу у стены, будто чья-то рука в ярости прошлась по доске.