Квиз усмехнулся и забросив ягоду в рот сложил пальцы домиком и прижал их к губам.
- Так что можете передать верховному, что бы пореже доверял песенкам, а я в свою очередь постараюсь дать повод петь птичкам совсем другие, более приятные слуху песни – холодно улыбнулась Нина.
Квиз поднялся, подошел к книгам провел пальцем по корешкам.
-Милая эйра, слышал я, что уж слишком часто на Красном лепестке пустеют поселения. А корабли так и плывут на остров пустыми. Уровняйте, будьте благоразумны.
-Но ведь поселения уничтожают ларты – растерялась Нина. Квиз обернулся, и девушка почувствовала его пристальный взгляд из-под тени капюшона. Неужели она сказала что-то не так? Она широко растянула рот в улыбке и выгнула бровь.
Мужчина запрокинул голову и захохотал. Смеялся так долго, что под конец даже вытер слезы.
-Конечно эйра. Никак иначе и быть не может. Согласен с вами – квиз чуть наклонился вперед и уже без всякой теплоты процедил - И всё же мне придется рекомендовать верховному посетить вас в самое ближайшее время, ларра. Уж больно беспокоит нас ваше самочувствие.
Сердце Нины ухнуло вниз, совершив кульбит. Но на ее лице не отразилось ничего кроме холодной улыбки.
-Всегда буду рада поговорить о птичках.
Квиз усмехнулся и коротко кивнув своим капюшоном наконец вышел. Нина обессилено откинулась на спинку кресла, пытаясь привести в порядок дыхание. Во рту стоял горький, металлический привкус страха. Трясущимися пальцами она стянула кольцо и зажала его в кулаке. Тут же появилась Магда. Бледная. С дико вытаращенными глазами и трясущимися губами.
-Он… Он прочитал тебя?
Девушка задумчиво смерила взглядом няньку, и отрицательно качнула головой. Магда шумно втянула в себя воздух и собралась в натянутую как у гончей, вынюхивающей добычу, стойку. «Не верь никому». Нина помедлила. Вздохнула досадливо, но разжала кулак и показала кольцо. Старуха резко размякла.
-Ну хоть на это ума хватило. А что говорил-то? Зачем он тут?
- Просев.
— Харм! — Магда выдохнула, будто ее ударили под дых. Она медленно прошлась по комнате, делая круг, и прошипела с нервной, озлобленной досадой: — Ещё бы. Так и знала, что этим всё кончится. Можно было не надеяться. Раскисла — вот и поплатимся. Если прибудут высшие квизы, нам не отвертеться. Они прочтут тебя как раскрытую книгу. Ты должна плыть в Энтаррию. Сейчас же. Я свяжусь с Тэоном, за молвящим уже послала. Вернется как миленький. Какого харма... Кто мог подумать, что ты из-за такого... глаза закатишь? Тварь какую-то... Нежить! Да ты... Ты — эйра!
Нина вспыхнула. Раздражение пылало в ней — на себя, на тот дурацкий обморок, на Тэона, бросившего ее в самый неподходящий момент, на Магду с ее вечными командами.
— Да что вы все прицепились? Может, для вас это привычное дело, но я не могу смотреть, как убивают человека! Я же говорила, что не стоит мне туда ехать!
— Не стоит?! — взвизгнула Магда, и звук был противным, скрипучим, будто ржавая петля. Она тут же взяла себя в руки, но голос зазвучал ледяной сталью: — Что на тебя нашло-то? Так осрамиться! Не можешь смотреть — отвернись. Не думай. Сколько раз повторять? Они ничего не чувствуют. Это просто шкурки, в которых тьма. Нет там души. Нет человека. Там одна смерть и жажда нас уничтожить. Ладно. Выкручусь. Поедешь в Энтаррию. И там поженитесь. Быстро. Не посмеют они тогда.
Нина застыла. Стиснула кулаки так, что ногти впились в ладони.
-Я не кукла. Я сама решу.
-Да нарешала уже. Я всего лишь хочу уберечь тебя. И себя заодно. Слушай, что я говорю и не фыркай. Делай как велено. Значит так…
Нина рванула из комнаты. Магда что-то крикнула, но девушка захлопнула дверь прямо у нее перед носом и понеслась по коридорам, шокируя и пугая слуг. Не видя и не слыша. Бежать. Подальше. Пока в голове не проясниться. Пока не остынет кипящее в груди бешенство. Не важно куда. Подальше.
Нина задрала подол и пронеслась по мощенному двору. Из-за угла под ноги кудахча прыгнула рябая мелкая курица. Бежать! Нина метнулась в сад. Едва не сбила с ног толстую тетку прижимавшую к бедру необъятную корзину с выстиранным бельем. Тетка ухнула и отшатнулась в сторону. Бежать!
Наконец юркнула под сень деревьев и понеслась к пруду. Она не заметила узловатый корень, выпластавшийся из-под земли прямо на посыпанную песком тропку, и больно споткнувшись об него, полетела вперед, едва успев выставить перед собой руки. Удар о землю выбил из нее не только воздух, но и все мысли. Какое-то время полежала на земле, разглядывая букашку, деловито проползающую мимо, и слушая бешенный грохот сердца отдающий в ушах. Осторожно, покряхтывая, села. Покрутила головой, но никто ее не преследовал и стряхнув с ободранных саднящих ладоней прилипшие песчинки, она, прихрамывая поковыляла поглубже. Опершись о дерево спиной, закрыла глаза и попыталась успокоиться.