-Добрый день, ларры. – Возможно Нине просто почудилось, но в приятном голосе квиза ей слышалась насмешка.
-Ох, господин квиз, - выступила вперед Малль - и вам благословения Пресветлой и да убережет ее милосердие нас от скверны.
Нина постаралась улыбнуться пошире. И тоже залепетала что-то восхищенно-подобострастное. Но квиз прервал ее. Наклонился, чуть свесившись с лошади и повел носом.
- Вы выглядите испуганной, ларра.
-Она прежде не видела лартов в таком количестве. Боится. –Малль изобразила смущение и опустила взгляд.
-Боится? Правильно дитя. Страх прочищает мысли. И отводит грех. Кто вы?
-Меня Малена кличут, а это сестрица моя. Анника. – Малль подергала Нину за рукав – Кланяйся, дура.
Нина сжалась и кособоко, неловко согнула заклинившее от ужаса тело. Думать о чем угодно. Но не о том, что не нужно думать. Как?! Как не думать о том, что нельзя думать?! Есть охота! Да. Нет. Уже не охота. Ничего не охота крому как спрятаться. Бежать дальше. В лес. Не думать.
-И куда же путь держите? - Нина осторожно приподняла голову. И едва не закричала. Глаз квиза было не видно под капюшоном, но она знала, чувствовала, как он смотрит. Не на нее. На ларта. И как каменеют его челюсти видела. Как сжимаются в линию губы. Чертчертчерт! Черт! Сейчас… Что? Взгляд девушки скользнул по колонне рабов. Мертвые. Пустые. И ее раб будет там. Такой же пустой. Он уже пустой. Но он ее! Квиз нагнулся. Потянул носом. Повел им принюхиваясь? Угадывая? Читая что-то что они читают в головах? Квиз наклонился ниже. Заберет? Всех? В колонну? Или… только… его? Нина шумно ахнула и лицо под капюшоном змеинным быстрым движением обратилась к ней. Квиз улыбнулся. Или оскалился?
-Ох господин! – заныла Нина, каменея от ужаса, от своей глупости – Малена всегда говорит на тварь эту не смотреть, а мне так и без того страшно. Он у батюшки… эээ – в кузне. Да. А мне все одно страшно. Батюшка то говорит не бойся, а как нет то? А у них правда клыки? Бабушка всегда говорила, что они кровь пьют, а потом лихорадка и смерть. И я всегда так боялась и не спала, а она говорила: не будешь спать – ларт сожрет, а как спать если уснешь и он сожрет, и она ругалась, и я всегда думала, когда не спала что если сожрет…
Квиз резко выпрямился и брезгливо фыркнул. Кажется, едва не сплюнул.
- Идите дети мои. Свет будет с вами.
-Свет с вами, господин – проблеяла дрожащим хрипом Малль, теребя Нину за рукав.
Квиз еще раз скользнул по девушке колючим оценивающим взглядом. Скривил губы. Но все же тронул коня пятками пришпоривая и поскакал догонять своих. Нина сделала несколько шагов ему вслед, но нервы сдали, и она опустилась прямо в пыль дороги и разревелась. Малль тяжело вздохнула и села рядом. Колонна шла мимо. Редела, но еще не кончалась. Нина поймала себя на том, что тянет руку к рабу. Вцепилась в подол. Зажмурилась. Пока не стало тихо. Вдалеке еще слышались звуки перегона. Но сопение Малль глушило их. Нина открыла глаза.
-Их так много- всхлипывая шептала девушка, глядя сквозь слезы вслед теряющейся за поворотом колонне – Я не думала, что так много. Но как? Откуда? Там дети… Малль, как? – Нина в каком-то лихорадочном состоянии заглянула спутнице в глаза.
Та посмотрела на нее странно, тяжелым мрачным взглядом.
-Откуда? Думаешь лартам есть разница в кого вселятся? И когда в следующий раз вокруг твари своей скакать будешь – вспоминай этот перегон.
Глава 10.3
Малль побродила рядом. Пнула камешек.
-Пошли уже. Пока еще кто не приперся.
Нина растерянно посмотрела на девушку. Идти? Куда? Зачем?
Ничего не хотелось. Никуда не хотелось. Сил идти, думать, решать что-то - не было. Но надо было. Она подняла голову. Чего этой занозе надо?
-Я счас. Я быстро. – зачастила Малль - А ты жди. Не уходи. Хорошо? Хорошо?
Малль раздражала. Хотелось, чтобы она замолчала уже, и Нина кивнула. Малль попятилась, что-то еще говоря. Потом развернулась и рванула туда, откуда они пришли. Спотыкаясь и скользя по раскисшей земле, вскарабкалась на холм и исчезла за деревьями. Нина долго смотрела ей вслед, потом медленно повернулась к ларту. Он так и сидел, уставившись на дорогу. Тонкая одинокая фигура на обочине. Сгорбленная, поникшая, раздавленная тем, что прошло мимо, обдав холодом, как и ее. Он не двигался, лишь длинные худые пальцы механически скребли по мерзлой земле.