Сунь Вэнь готовился вернуться в Кантон. Нужно было сорвать маску с милитаристской клики Лу Юн-тина, прикрывавшейся именем «Южного военного правительства». 3 июня в китайских левых газетах появилось совместное заявление Сунь Вэня, а также трех членов Южного правительства, вышедших из его состава, о непризнании полномочий этого правительства. После этого Сунь Вэнь дал указание Чэнь Цзюн-мину и Сюй Чун-чжи привести войска в боевую готовность.
В июле произошло событие, которое ускорило осуществление замысла Сунь Вэня. Началась война между крупнейшими милитаристскими группировками. 18 июля соединенные армии чжилийской группы (Цао Кунь и У Пей-фу) и фынтяньской группы (Чжан Цзо-линь) нанесли полное поражение аньфуистам (Дуань Ци-жую) около Баодина. Дуань потерял почти всю свою армию и бежал в провинцию Чжэцзян, где военным губернатором был генерал-аньфуист. Многолетнее господство аньфуистов, ставленников Японии, на Севере и в Пекине и их контроль над пекинским правительством, которое признавалось иностранными державами, кончилось. «Болотный» парламент был распущен. Дуань обратился к Сунь Вэню с мольбой о помощи, каялся в своих прежних преступлениях и ошибках, заверял, что впредь будет бороться за «справедливость». Сунь Вэнь решил использовать Дуаня для борьбы против наиболее сильной и опасной чжилийской группы милитаристов, утвердившейся в Пекине.
Поражение Дуаня на Севере привело к переменам на Юге. Милитарист-грабитель Лу Юн-тин решил упрочить свое положение в Гуандуне и с этой целью напал на Гуандунскую армию и Добровольческий корпус. Сунь Вэнь дал приказ: контратаковать милитаристов и изгнать их из Кантона. С таким приказом помчался в Гуандун Чжу Чжи-синь. Г'уан-дунская армия (тридцать тысяч бойцов) и Добровольческий корпус перешли в наступление. В 20-х числах октября они заняли Вэйчжоу, недалеко от Кантона. Части под командованием Чжу Чжи-синя штурмом взяли Тигровые ворота, главное укрепление, прикрывавшее подступы к Кантону, тем самым предрешив освобождение города. В день победы случилось несчастье: Чжу Чжи-синь погиб от руки бандита, подосланного, вероятно, Лу Юн-тином, а возможно, Чэнь Цзюн-мином, уже тогда подумывавшим о захвате Гуандуна и превращении его в свою вотчину. Тайна гибели Чжу Чжи-синя так и осталась не раскрытой до конца.
31 октября 1920 года Кантон был полностью очищен от войск гуансийских и юньнаньских милитаристов.
Поражение южных генералов под Кантоном привело к тому, что их «правительство» распалось. Цэнь Чунь-сюань бежал в Шанхай, Вэнь Цзун-яо — в Гонконг, Лу Юн-тин — в Гуанси; его армия сильно поредела. Моу Жун-синь скрылся.
Когда весть о победе над южными милитаристами достигла Шанхая, Сунь Вэнь выехал в Кантон. Это было в ноябре. 8 декабря в Кантоне образовалось новое правительство Сунь Вэня.
Предстояло сейчас же начать карательную экспедицию против Лу Юн-тина, чтобы добить его армию и распространить власть кантонского правительства на провинцию Гуанси. Сунь Вэнь особенно сильно почувствовал тяжесть потери — смерть Чжу Чжи-синя.
Наступил 1921 год. Сунь Вэнь обратился к депутатам парламента 1913 года, приглашая их вновь собраться в освобожденном Кантоне. На его призыв откликнулись депутаты Чрезвычайного парламента, временно обосновавшегося в городе Чунцине, в провинции Сычуань. Сессия Чрезвычайного парламента открылась в Кантоне в начале апреля. 7 апреля на торжественном заседании парламент единогласно избрал доктора Сунь Ят-сена президентом Китайской республики.
Глава восьмая
ДРУЗЬЯ ПРИХОДЯТ ВОВРЕМЯ
1. Гость из Москвы
Прямые пути из России в Китай были в те годы закрыты. Но, даже добравшись до Пекина, не всегда удавалось проехать дальше на Юг, например в Шанхай. О Кантоне и мечтать не приходилось. Разве только через Японию или Гонконг. Опасное и долгое путешествие. Настоящих революционеров опасности не останавливали, расстояния не пугали. Но стена, есть стена. Пока Забайкалье и Приморье оставались под властью белогвардейцев и иностранных оккупантов, особенно японских, китайская граница была недосягаема. Положение несколько изменилось после разгрома Колчака и изгнания белогвардейских банд из Забайкалья и Приморья. Еще лучше стало после освобождения Монголии от разбойничьих шаек белогвардейского авантюриста барона Унгерна. До того времени приходилось пользоваться окольными путями и совершать кругосветные путешествия, чтобы попасть в Китай.