Парень посерел больше прежнего, а на его лбу выступила испарина. И мне на миг стало его жаль — не виноват же, не он же всё это придумал и дом отжать хочет. Но — меня здесь никто не пожалеет, и я никого жалеть не буду.
— Уважаемый силд, у нас с вами три выхода, — я раскрыла справочник с оттисками. — Первый: вы оформляете бумаги, и мы расходимся. Второй: вы зовёте своё начальство — да хоть главу Управы, — и они оформляют бумаги. Третий: вы или они пишете отказ в оформлении, и в таком случае Управа обязана выплачивать мне треть от моего наследства ежемесячно. Пока не оформит бумаги, причём по обычным правилам, ибо не я виновата в проволочках. А, и четвёртый, — я подняла справочник так, чтобы парень прочитал законы. — Вы не соглашаетесь ни на оформление, ни на отказ, и тогда я пишу на вас жалобу как на клятвопреступников в храм Небытия. Потому что Управа служит обитателям города, а не они Управе. У вас, напоминаю, клятвы — служить людям. И выполнять свои обязанности. Отказываетесь от них — вы клятвопреступники. Мне продолжать?
Парень отёр вспотевший лоб, остро глянул на оттиски, молча нашёл среди бумаг чистый лист и грифель — и написал короткую записку. Шепнул наговор, и записка исчезла в сером тумане.
— Ждите, — буркнул он.
Я закрыла справочник, на мгновение отвела глаза, а когда снова посмотрела на парня, то увидела за его спиной свою недавнюю тень — смотрителя Небытия: в скрывающем лицо капюшоне, с блеснувшим на указательном пальце крупным перстнем. Смотритель неуловимо быстро поднёс палец к губам — молчи, мол, — и отступил, прячась в густом сумраке.
Управец ничего не заметил, а я отвернулась и невольно сглотнула. Пока смотритель меня провожал, казалось, это девчонка — быстрая, лёгкая, шустрая, мелкая. А теперь я поняла: нет. Это старик — уровня старшего смотрителя. И не просто смотритель — палач с правом праха. Лишь они могут проникать куда угодно и таиться на «мосту» между «здесь» и «там», незримые, но всё видящие и слышащие.
Как же Управа достала силда Кремена, что он заочно принял мою жалобу и сразу же прислал сюда палача...
Сердито хлопнула дверь, и в кабинет ввалился высокий, пузатый и кудрявый пожилой силд.
— Ну, в чём дело? — пробасил он с натянутым дружелюбием. А зыркнул из-под светлых кустистых бровей зло.
— Добрый вечер, — я встала и любезно улыбнулась. — Малёна Дух, хочу вступить в наследство, — и раскрыла перед ним справочник с оттисками.
— Иди, — бросил он парню, — погуляй. Дальше я сам.
Парень моментально исчез — почти с той же скоростью, с какой недавно исчезал на «мосту» смотритель.
— Сядь, — буркнул пожилой управец, занимая место за столом.
И так зло глянул, что я лишний раз поняла: вовремя я. Правильно, что прибежала сразу — хотя бы с документами. Зачем-то Управе дико нужен мой дом. Я молча вернулась на свой стул и решила: как только разберусь с долгом, сразу же накатаю жалобу на конкретного сотрудника — за возмутительное, оскорбительное и не соответствующее должности отношение к посетителям.
Документы оформились быстро. Пять минут, и управец протянул мне две папки — одну мою, вторую с новыми бумагами. Я скрупулёзно сверила каждую строчку: одна неточность, и любой новоявленный наследник влезет в мой дом, и шиш его оттуда выселишь. Но надо отдать управцу должное — шельмовать и надеяться на мою невнимательность он не стал. Всё было заполнено верно (список необходимых управских документов у меня тоже имелся). Я расписалась на последней странице, вернула папки управцу, и тот живо поставил печать и сделал оттиски.
— Свободна, — он снова вернул мне обе папки.
— Благодарю за сотрудничество, — сухо ответила я и заслужила новый злой взгляд.
Нет, сволочь, жалобой ты не отделаешься. Погоди, разберусь с долгом...
Я вежливо попрощалась и покинула кабинет. Сразу же взметнулась коричневая дымка, и из «моста» появился знакомый смотритель. Выглянувший из кабинета управец при виде моего спутника шарахнулся обратно и с грохотом закрыл дверь. В замке испуганно заскрипел ключ. Смотритель Небытия тихо хмыкнул и снял с вешалки мой плащ. Всё, больше здесь делать нечего.
Мы вместе покинули Управу, добрались до ближайшего «моста» и переместились на мой уличный виток. Смотритель скинул с головы капюшон, и я с облегчением узнала силда Ду шнара — очень старого, сухонького, маленького, морщинистого, но с невероятно буйной копной седых волос и живыми угольками раскосых глаз.
— Здравствуй, Маля, — он улыбнулся, — очень рад тебя видеть. Хорошо, что вернулась. И сейчас всё сделала правильно.