— Отдай мне те жемчужины, что ты взял на острове, я попробую исцелить тебя! — предлагал он больному. И однажды получил согласие.
— В эту ночь мы вместе войдем в зеркало, и твои боли утихнут! — объявил хозяин.
Иоганнес повиновался. Да, все случилось так, как обещал двойник. Однако вместе с болезнью моряк потерял и свои чувства, а затем самого себя. Теперь он вернулся к жизни, но перестал принадлежать себе. Двойник стал его хозяином и искажал его душу. То, что раньше восхищало Иоганнеса, стало вызывать у него отвращение или равнодушие, То же, что казалось безобразным, — находило отклик и оправдание. Эта раздвоенность убивала моряка, и вскоре он отправился в плаванье, из которого возвращаются лишь в иной жизни.
Двойник же его прибыл на остров, Мало сокровищ показалось ему, когда он загрузил их на свой корабль, и он решил завладеть Русалкой. Любовь к Иоганнесу жгла и ее сердце, но она же ослепила глаза. Жестоко было ее прозрение, когда она поняла, что доверилась двойнику. Однако было поздно, он стал ее хозяином. Алчность его требовала от нее умножения сокровищ. Он хотел снова плыть к ее острову или с ее помощью доставать жемчуг со дни моря, но она отказалась служить ему. Вообще говоря, много раз Русалка могла воспользоваться случаем и погубить самозванца. Но во-первых, обман претил ей, во-вторых, ее сердце давало ей надежду на встречу с любимым, если она сохранит жизнь его двойнику, в-третьих, Хозяин все же носил облик Иоганнеса, и это утишало ее тоску. Итак, Русалка стала ждать Иоганнеса. Хозяин, привязанный к ней неведомыми узами, не смел избавиться от нее. На свои богатства он выстроил таверну и заставлял Русалку петь, дабы привлекать гостей. Она влачила жизнь пленницы и пела, надеясь быть услышанной когда-нибудь Иоганнесом. Так текло их существование, казавшееся, а может, и бывшее мучительнейшей пыткой. Русалка, дав себе слово дождаться возлюбленного, не могла умереть, не увидев его. Ее призрачный хозяин имел свою зависимость от Иоганнеса.
И вот прошли не годы, а столетия, когда наконец доктор Лондрус пришел в таверну и вспомнил все, что когда-то случилось с Иоганнесом Бердтом. Теперь ему предстояло отвезти Русалку на ее остров и вернуть ее морю. Так и произошло… Старинное судно с просоленными парусами вышло однажды ночью из Любека, покинув кладбище кораблей. Долог был путь к острову, но ветры донесли до цели странных пловцов. Там на крошечном островке, впервые взяв в руки скрипку, доктор Лондрус заиграл те мелодии, что наполняли песни Русалки. Душа ее унеслась в морские просторы вместе с последними звуками, и тут же лопнуло волшебное зеркало дервиша. Исчез навсегда двойник Иоганнеса по прозвищу Хозяин. Что же касается доктора, то он принял эту встречу с прошлым как залог свидания с Русалкой в будущем.
Часы дона Бальтазара
Высоко в горах стоял старый, полуразрушенный замок. Давно заросла травой и кустарником вьющаяся по склонам дорога к тяжелым дубовым воротам, и лишь крутая каменистая тропинка еще петляла меж скал, помогая пастухам в поисках новых пастбищ.
Однажды на гору взобрался любопытный идальго по имени дон Бальтазар. Была весна, стены замка сплошь оплетали расцветшие дикие розы, и снизу казалось, что на вершине расположился чудесный розовый сад. Ветерок, веющий в долину, был наполнен благоухающим ароматом цветов. Среди опаленных солнцем гор этот незатухающий костер на фоне голубого неба напоминал пылающее жерло вулкана, а облако над ним — клубы дыма. Эта причудливая картина разбудила в путнике желание разглядеть ее поближе.
Первое, что поразило дона Бальтазара, это удивительная тишина. Внизу, до самого горизонта, тянулись цепи скалистых гор, то покрытых лесом, то обнаженных, неровные поля в долинах, извивающиеся русла рек. Небо и земля словно сошлись среди этих каменных руин и замерли в немом объятии.
Путник долго бродил по пустым залам замка, любовался резными капителями колонн, и только эхо шагов сопровождало его.
В центре замка располагался заросший двор с пересохшим фонтаном, увенчанным мраморной фигурой прелестной женщины с опущенной головой. Дон Бальтазар застыл в восторге. Ему так хотелось увидеть глаза женщины, но что- то пугало и останавливало его.
Солнце незаметно коснулось горизонта. Внезапно раздался глубокий чистый звук башенного колокола. Вода всхлипнула в фонтане и тонкой струйкой метнулась вверх. Фигура женщины вздохнула и распрямилась.