— Можно мы скажем? Да, мы скажем! Мы знаем заклятие невидимости, но оно действует только на феях. Да, только на феях! И ведьма крыльев не увидит. Да, не увидит!
— Ну я же не фея?
— Да госпожа вы не фея! Совсем не фея! Но крылья у вас от фей! Да от фей! — девчонки заулыбались.
— Вы же мои умнички! На удивление, вы не так уж и безнадёжны, как я о вас думала в начале! — и послала моим девочкам воздушный поцелуй. Они радостно загалдели и захлопали в ладоши прыгая на месте.
— Нас госпожа похвалила и послала поцелуй удачи! Поцелуй удачи! Она нас любит! Да любит! И не развеет нас! Да не развеет!
— О боже! Опять началось! — простонала я и направилась в дом.
Весь оставшийся день прошёл в суете. Хрюндель ходил за мной попятам наставляя как себя вести и что говорить. Марта, каждый час подбегая ко мне просила представить самые вкусные блюда из моего мира и описать их вкусовые качества.
За ужином усевшись все за стол. Еще раз прошлись по плану, который набросали днём. Феи будут под заклинанием невидимости, как и мои крылья, в сад не под каким предлогом никого не пускаем, всё остальные действия по обстоятельствам. За вкусным десертом, а это было моё любимое пирожное картошка. Феи попросили дать им имена, так как старые имена даже произнести было невозможно, после нескольких попыток плюнула на это дело и назвала их Тилли и Милли.
Лежа в своей миленькой спаленке, на своей мягенькой кроватке, вспоминала свой первый полёт и свои фантастические ощущения, хотелось ещё и ещё. В странный и утопический мир я попала, но мне он всё больше и больше нравился и уже почти казался родным. Здесь исполнялись мои заветные желания и мечты, из моего такого далёкого и одинокого детства. Было такое ощущение, что я обрела то, что давно потеряла. Улыбнулась, зевнула и улетела в радужные сны.
Утром спустившись к завтраку, застала всю мою компанию в столовой, ожидающую меня. Я радостно улыбнулась.
— Как же мне всех вас приятно видеть! С добрым утром, друзья мои!
Умопомрачительно пахло кофе. В животе заурчало. Завтрак был отменный, оладьи с клубничным джемом, варёные яйца всмятку, и кофе со сгущённым молоком. Тилли и Милли усердно налегали на сгущённое молоко и джем.
— Вы бы девочки поаккуратнее со сладким, не успеете оглянуться и у вас будут такие карданы, что вас даже крылья драконов в небо не подымут. — феи испуганно уставились на меня, а я громко рассмеялась.
— Что значит карданы? Да, что значит?
— Что значит? То и значит! — и я глазами указала на рядом стоящую Марту, девочки нехотя отодвинули свои тарелки.
— Хрюндель, в какое время ожидается прибытие гостей?
— К обеду, хозяйка. Когда они прибудут к лесу, мы сразу узнаем зазвонит дверной колокольчик.
— Как же они к нам доберутся, лес такой огромный, но ни одной дороги я не видела?
— После того, как вы позволите гостям войти, откроется тайная тропа, пять минут и они у нас.
— То есть без моего дозволение к нам в лес никто попасть не может?
— Да, хозяйка! — довольно ответил хрюндель.
— А по воздуху?
— Нууу… Драконы в нашем королевстве не водятся, а у остальных крыльев нет! — ответил самодовольно Хрюндель.
— Ну да, ну да… — я задумалась.
— Так, сейчас будем проводить эксперимент! Марта у на ступа есть? — и показала ей приблизительный размер.
— Только маленькая, хозяйка.
— Неси!
— Что это вы задумали госпожа Светлана? — спросил настороженно хрюндель.
— Сейчас всё увидишь! — я в предвкушении потирала руки. Марта принесла маленькую ступку, и мы всей дружной толпой отправились в сад.
Поставив ступку на землю, я щёлкнула пальцами, и она увеличилась в несколько раз.
— Супер! Теперь мне нужна метёлка для полного комплекта.
Когда всё было готово, попросила Марту обвязать меня шалью, чтобы крылья не смогли шевелиться. Все недоуменно взирали на меня.
— Это для чистоты эксперимента. — пояснила я.
— Так Хрюндель, залазь в ступу.
Это ещё зачем? Ни хочу я, вот ещё, что удумали! — и хранитель медленно попятился от меня.
Я сама залезла в ступу, посмотрела строго на Хрюнделя.
— Быстро я сказала, а то развею! — И сделала страшные глаза. Хранитель с опаской повиновался.
— Такс! — я потерла ладони. — Марта, метёлку! — Посмотрела ободряюще на Хрюнделя. И проговорила.
— Земля прощай! — Ступа взмыла в воздух и невысоко застыла над землёй.
— Ура! — завопила я. — хранитель заметался по ступе с бешено вытаращенными глазами.