— Вот вы удивитесь, зелёные ублюдки! — в предвкушении пробормотал Блудвин, сглатывая слюну, готовясь засовывать руку поглубже в глотку. — Я же, мать вашу, Блудвин, величайший шпагоглотатель в России! Сейчас покажу вам фокус, после которого все вы тут превратитесь в фарш!
После этого он принялся запихивать руку в поисках портала в свой внутренний мир. Проход нашёл достаточно быстро, но вот артефакт, который планировал достать, никак нащупать не мог.
Гребанная шпага Дюма опять не хотела просто лечь ему в руку. С количеством его попыток настроить “быстрый поиск” шпаги в интрамире может сравниться только количество его же подходов к системе умного дома Яндекса, когда он пытался к Алисе подключить свет в комнате. Команда “Алиса, включи свет” срабатывала, в лучшем случае, один раз из десяти. Проще было сделать это через какого-нибудь магического помощника.
Вот так и рукоять величайшего доступного в мире артефакта никак не хотела ложиться в руку Блудвина. Рука уходила всё глубже в горло, локоть уже скрылся за зубами, но шпаги он не чувствовал.
— Бвать, вве вэ вна? — простонал Блудвин, пытаясь не подавиться собственной рукой. — Фува вавевалафь фука?!
Зелёные твари замерли, глядя на это зрелище. Даже им, демонам из шаманского ада, это показалось впечатляющим.
А супермаг Блудвин не собирался устраивать тут спектакль для чертей. Поэтому он залез в интрамир целиком.
Какое-то время он напоминал собой ураборос, но вот он просто схлопнулся и в комнате не осталось никого кроме чертей и шаманской мумии.
***
Интрамир Блудвина выглядел как огромная библиотека после пожара. Да, как и во всех интрамирах, эта часть была своего рода прихожей, дальше которой обычно никто не заходит. Сами миры гораздо больше. Но кто станет соваться в открытый интрамир без особой подготовки? Всё, что нужно супермагу хранится здесь, в его обители.
Когда-то, в юности, здесь было красиво — высокие дубовые полки до самого потолка, удобные кожаные кресла, большой камин, где весело потрескивали дрова, письменный стол, заваленный свитками и книгами по магической теории. Это было отражением его юношеских мечтаний стать великим магом-учёным, который изучит все тайны мироздания и изменит мир к лучшему.
Но годы разочарований, смертей друзей и осознания собственного бессилия превратили библиотеку в руины. Книги сгорели — от них остались лишь обугленные обложки. Полки рухнули и валялись, как сломанные рёбра гигантского скелета. Камин потух, а в его холодной топке завелись какие-то мелкие духи — воплощения сомнений Блудвина и ненависти к самому себе.
В углах притаились тени его погибших друзей — воспоминания о них, пропитанные виной и болью. Серёжа с проломленной головой укоризненно качал головой. Макс с оторванной рукой что-то бубнил себе под нос. Оксана с перерезанным горлом молча плакала кровавыми слезами.
И в самом тёмном углу сидела Лена. Она меньше всего напоминала человеческий силуэт. Так сильно её исказило его чувство вины.
— Не смотри на меня так, — пробормотал Блудвин, проходя мимо неё. — Я знаю, что во всём виноват. Знаю, что предал вас всех. Но шпага была нужнее. Мы все это знали.
Он повторял это не раз. Каждый раз.
Призрак Лены ничего не ответил. Только посмотрел на него с бесконечной печалью.
— Ну где же ты? — бормотал Блудвин, шаря среди обломков книжных полок.
Шпага Дюма была его главной ценностью и главным проклятием одновременно. В ней одной и заключалась та сила, благодаря которой он стал величайшим магом современности. Супермагом. Криптонцем среди простых смертных землян.
Благодаря ей он разорвал связь с ненавистной всем волшебникам Тенью. Оставшись при этом с магическими способностями… но утратившим что-то более важное.
Шпагу он добыл в походе, где и потерял всё, что у него было. Друзей. Любовь. Веру в справедливость. Даже собственное имя — после той истории он больше не мог называться Димой — от этого имени болело всё в его душе. Интрамир наполнялся огнём и кровью... Стал просто Блудвином. Или Супермагом. Так и говорил тогда каждому: “Называй меня Супермаг… или Блудвин”.
Маги из его окружения какое-то время смеялись, а потом действительно стали называть его только Блудвином или супермагом (но именно что “супермагом”, никак не с большой буквы).
Оторвавшись от своих воспоминаний, Блудвин вдруг заметил в центре разрушенной библиотеки каменный постамент, покрытый трещинами. А в центре постамента была воткнута шпага — длинная, элегантная, с рукоятью из чёрного металла, покрытой письменами. Как меч короля Артура, только наоборот — здесь никто не ждал достойного награды героя...