Весь запас алкогольной продукции, бывший в супермаркете, был уже давно уничтожен варварскими набегами местного зверья и лишь в самой незначительной степени был использован по назначению.
В связи с этим, Батек в тандеме с Жорой предприняли смелую попытку по изготовлению самогона на базе местного сырья. Получилось не особо вкусно, зато очень забористо. Полученный продукт получил название шримпобой.
Несмотря на то, что Плетнев категорически запретил употребление алкоголя, в пику ему, Вадик с Михалычем, официально разрешили Батьку и Жоре производство шримпобоя. Но было поставлено непременное условие, что вся полученная продукция должна строго учитываться и передаваться на охраняемый склад. А ее выдача личному составу будет происходить централизованно и только с их личного разрешения.
Внутри шримпмобиля кроме оружия, съестных припасов и запасов воды, находились также четыре больших, громоздких рюкзака доверху набитых чем-то.
Путь группы лежал в сторону города шримпов, откуда не так давно бежал Вадик. Теперь он возвращался туда для того, чтобы поквитаться с негостеприимными хозяевами. Хотя по большому счету, было бы большой глупостью ожидать гостеприимства от людоедов.
Без особых приключений им удалось подобраться довольно близко к ферме по разведению людей. Данное сооружение находилась в пригороде, и располагалось практически вплотную к городу. Здесь Вадик ориентировался сравнительно уверенно. Тщательно замаскировав шримпмобиль ветками, они оставили его посреди джунглей под присмотром Жоры-Мозга. После чего, взвалив себе на плечи рюкзаки, они взяли "калаши" и зашагали вслед за своим командиром, который уверенно двигался куда-то вперед, используя одному ему известные ориентиры.
Четверке диверсантов удалось изрядно попотеть, прежде чем они добрались до цели их путешествия. Вонь вокруг стояла просто-таки страшная. Огромная, каменная труба, диаметром в полтора человеческих роста, забранная ржавой полусгнившей решеткой из толстых прутьев, уходила в скалистый склон.
Вытекавшая из нее отвратительного вида и запаха жидкость стекала в расположенную неподалеку реку.
- Это главный канализационный сток, идущий от коллектора, - пояснил своим бойцам Вадик. - Там под землей, лежит разветвленная сеть канализационных труб и каналов, через которое все дерьмо из города самотеком выливается наружу. Через один из рукавов ведущий от фермы мне и удалось уйти.
- Н-да, удовольствие ниже среднего - утонуть в шримповском дерьме! - проворчал Борис.
- Утешай себя тем, что скоро все это сокровище хлынет обратно в город! - расхохотался один из десантников.
- Тише, не в джунглях! - прошипел Вадик. - Здесь на каждом шагу шныряют патрули шримпов! Для полного счастья не хватает еще на них нарваться!
План, в соответствии с которым действовала диверсионная группа, был прост, как все гениальное. Идея принадлежала Батьку.
Перед участниками мозгового штурма была поставлена задача - какую пакость можно сотворить шримпам с минимальными затратами и риском, но с максимальным эффектом.
Батек, практически не задумываясь, брякнул буквально следующее:
- Пачку дрожжей в ихний сортир бросить!
Проанализировав результаты мозгового штурма, самые умные головы супермаркета пришли к выводу, что эта на первый взгляд, казалось бы безобидная затея, может обернуться для шримпов колоссальными проблемами.
Как выяснилось, фекальные массы представляют для дрожжевых грибков идеальную среду, в которой они начинают стремительно размножаться. При этом, синтезируя в огромных количествах углекислый газ, который разрыхляет дерьмо, увеличивая его объем в десятки и более раз. Собственно, именно это качество дрожжей разрыхлять тесто и используется в хлебопечении, вот уже на протяжении многих веков.
Тут Вадик, вслед за Батьком, весьма кстати вспомнил, что выбираясь с фермы через тоннель канализации, он случайно забрел в противоположную сторону. Его занесло фактически под сам город.
Там он неожиданно наткнулся на огромную карстовую или рукотворную полость, представляющую из себя настоящее подземное озеро. Оно было до самых краев наполнено дерьмом шримпов, которое стекало сюда из расположенного наверху города. Излишки его растекались по боковым каналам, а каменная чаша представляла собой отстойник, который, по всей видимости, чистился раз в сто лет. Судя по тому, что удалось увидеть, пораженному величием этого зрелища, Вадику, последний раз накопитель чистили лет двести назад.