Возле них уже успело натечь по большой луже черной крови. Не было никакого смысла проверять, живы ли беглецы. Неизвестный стрелок постарался на совесть и хладнокровно вышиб им мозги. При этом пули, войдя в затылок, вырвали большую часть лица и у Хлауса, и у Анса. Теперь, когда лица у них напрочь отсутствовали их было можно запросто перепутать. Впрочем, для людей большая часть троглодитов, за редким исключением, были все на одно лицо.
Вернувшись в лагерь, Вадик узнал, что это майор Плетнев, проявив редкую смекалку, взобрался на дерево со снайперской винтовкой и оттуда уложил наповал обоих беглецов.
- Объясни мне, на хрена тебе надо было убивать этих двух обормотов? - заорал Вадик на чудо-снайпера. - Когда мы их практически уже взяли живьем? Ты, что думаешь, что мы их сами не могли там перестрелять словно зайцев?
- Но я-то этого не видел! - в свою очередь принялся орать на него майор. - Откуда мне было знать, что вы их уже поймали? Для меня главное было не дать им уйти к шримпам и все рассказать им!
- Майор, вы с ума сошли! Вы сами-то поняли что сказали? - презрительно фыркнул Семен Маркович. - Хотел бы я посмотреть, вернее, послушать этот диалог шримпов с дикарями! На каком таком языке они будут, по-вашему, изъясняться?
- Да? - Плетнев явно смутился. - В самом деле, я как-то об этом не подумал!
- Между прочим, до сих пор они как-то умудрялись стучать на нас тараканам и те их распрекрасно понимали! - встрял в разговор Батек.
- Более того, они весьма успешно разгромили два наших лагеря! - поддержал его Борис. - Не знаю, уж на каком там у них языке происходил разговор, но сдается мне, что обе стороны прекрасно понимали друг друга!
- Надо бы их барахлишко перетряхнуть, - предложил Батек. - Глядишь, может, что подозрительное и всплывет.
- А разве у дикарей могут быть какие-то вещи? - несказанно удивился Семен Маркович. - Я полагал, что они весь свой скарб носит с собой.
Но как, ни странно, имущество, которое троглодиты на таскали с собой постоянно, все же имелось. Хурт распорядился принести узлы, принадлежащие покойным Ансу и Хлаусу. В них, помимо всякого хлама, включая какое-то истлевшее тряпье и блестящие, разноцветные крышки от консервных банок было найдено кое-что весьма любопытное.
У Хлауса в старой, плоской жестянке из-под конфет лежал затертый, пожелтевший снимок Гитлера, с обломанными краями. Портретик фюрера был любовно завернут в грязный лоскут красной ткани, по всей вероятности, бывший когда-то частью нацистского знамени.
У Анса был найден фрагмент сгнившей и распавшейся на части офицерской фуражки с серебряным эсэсовским черепом на облезшей кокарде. Судя по тому, что кусок фуражки был так тщательно сберегаем троглодитом он имел для него весьма большую ценность.
- Ну, вот вам и разгадка, - Плетнев бросил на Семена Марковича ироничный взгляд. - Эти двое не могли простить, что над религией их предков так жестоко надругались. Я имею в виду бюст фюрера, утопленный в нужнике. Желание отомстить, и толкнуло их на предательство.
- Полагаете, что это была месть? - смущенно пробормотал почтенный профессор. - Я полагал, что раскрашенный золотой краской женский манекен вполне заменил им их чугунного идола с этими дурацкими усиками и совершенно идиотской косой челкой. На мой взгляд, голая женщина намного симпатичнее.
На этом стихийный диспут о проблемах религии и символах веры был неожиданно прерван появлением в лагере отряда Михалыча.
- 45 -
Михалыч и его люди прибыли в ставку без потерь, в полном составе. Но в отличие от встречающих, на лицах прибывших не было видно радости по поводу воссоединения. Они выглядели не просто уставшими, а морально подавленными.
- Что опять стряслось? - удивленно спросил Вадик.
- Ты в курсе, что вас со всех сторон обложили шримпы? - хмуро спросил его Михалыч.- Я думал, нам придется прорываться с боями. Но потом они вдруг почему-то решили нас пропустить.
- И что? - изумленно спросил Плетнев.
- Ну, и пропустили, как видишь, без единого выстрела, - сердито проворчал Михалыч. - Просто расступились в стороны и дали нам пройти.
- А сейчас, надо думать, они снова сомкнули свои сплоченные ряды? - спросил Семен Маркович.
- Совершенно верно, - кивнул экстрасенс. - И вот я думаю, с чего это они вдруг проявили обычно несвойственный им гуманизм?
- Может быть, их было меньше чем вас, и они просто не рискнули напасть? - поинтересовался Плетнев.
Михалыч в ответ лишь молча пожал плечами.
После этого, Вадик отправил Батька с несколькими бойцами проверить полученную информацию.