— В таком случае нет проблем. Мы ваши факсы по поводу круиза уже получили. Подождите минутку, я ей сообщу, что вы здесь.
Она скрылась за дверью. А Павел остался стоять, опешив. Почему брякнул фамилию Маркелова, он и сам не знал. Видать, крепко она засела в его подкорке в связи с постоянными мыслями о Татьяне. Но в любом случае сработало удачно. Он внутренне напрягся, ожидая увидеть свою мучительницу.
Дверь, за которой скрылась администраторша, приоткрылась, и в небольшом пространстве возникла женская коротко остриженная безгубая голова с маленькими близорукими глазами и бледными впалыми щеками.
«Это еще что за крыса?» — подумал про себя Павел.
Малоприятное видение быстро исчезло, а вместо него в зал магазина вышла та же администраторша с перекошенным от злости лицом и громко, так, чтобы ее услышала охрана, обратилась к Павлу:
— Если вы не хотите, чтобы я вызвала милицию, немедленно покиньте наш магазин. Как вам не стыдно врать! Охране будет дан приказ больше вас никогда в магазин не впускать!
Павел хотел что-то возразить. Но двое крепких ребят в камуфляжной форме быстро подошли к нему.
— Давай, давай, проваливай, — сказал один и подтолкнул Павла резиновой дубинкой.
Ничего не оставалось, кроме как подчиниться. А девушка напоследок еще предупредила их:
— Запомните его хорошенько и не под каким видом не пускайте.
Опираясь на палку, Павел вышел из магазина и свернул в арку дома, ведущую во двор, где высоким железным забором была отгорожена подсобная территория магазина. На его глазах ворота бесшумно открылись, и на скорости, распугивая прохожих, из них выехала синяя «БМВ» с тонированными стеклами, за которыми наверняка пряталась Лора-гестапо.
Раздосадованный своей неудачей, он принялся изучать окна кабинетов, выходивших во двор. На обоих этажах, видимо принадлежащих «Орхидее», горел свет, за исключением одного помещения. Должно быть, это и был кабинет директора, откуда так поспешно смылась Лора.
Павел прикинул, как до него добраться, учитывая, что через общий вход ему путь заказан. Зрительно сфотографировав расположение окна на втором этаже, его приоткрытую узкую половинку и трубу, проходившую вдоль здания, чуть выше первого этажа, он повернул назад к поджидавшему его «Николаю-угоднику».
— Скандал? — коротко спросил тот.
— Ерунда. Завтра меня директриса примет обязательно.
— Во сколько?
— А как стемнеет.
— Стрелять будем?
— Попробуем отмахнуться руками.
— Это пожалуйста, — согласился Николай и повернул в сторону Таганской площади.
Всю ночь Павел ворочался, не мог уснуть и пытался в темноте вспомнить лицо Лоры-гестапо. Чертова Клеопатра сыграла с ним злую шутку, запечатлев в его памяти свое некрасивое мясистое лицо. А какова же была Лора? Прежде всего крупные красные губы… Далее, ему показалось, он вспомнил длинные черные ресницы, смуглую кожу и жидкие длинные почти белые волосы. Да! Она еще периодически надевала очки!
Успокоенный тем, что сумел хотя бы приблизительно восстановить ее облик, Павел под утро наконец заснул и проспал почти весь день.
На улицу он вышел, когда уже начало смеркаться. Собираясь штурмовать окно, надел джинсы, высокие кроссовки и теплую короткую джинсовую куртку, под которой в кобуре лежал пистолет «ТТ».
«Николай-угодник» тоже вырядился в камуфляжную военную форму. Их «нива», минуя пробки, проскочила по набережной Яузы до Таганки и въехала в арку двора. Все окна магазина приветливо горели. Охранник отогнал машину подальше от железных ворот.
Оба без всяких разговоров вылезли из «нивы» и подошли к забору.
На этот раз Павел был без палки. Он приподнял здоровую ногу и попросил:
— Подсоби-ка.
Николай скрестил руки, и Павел, оперевшись на них, забрался на забор. Посидел немного на нем и, балансируя, поднялся во весь рост.
Редкие прохожие с удивлением наблюдали за его манипуляциями. Расставив руки в стороны, он медленно стал приближаться к стене дома. Раненая нога нестерпимо болела, но Павел не обращал на боль никакого внимания. Ему важно было не свалиться со стены. Еще несколько шажков, и руки впились в холодную трубу. Он остановился, чтобы передохнуть. Дальше должно было быть полегче.
Схватившись за трубу, он спрыгнул с железного забора и повис на руках. Перебирая ими, довольно легко стал продвигаться к нужному окну. Задрал голову, посчитал окна и понял, что добрался. Оставалось подтянуться к трубе и схватиться одной рукой за подоконник. Что он и сделал.
Узкая половинка окна, как и вчера, оставалась приоткрытой. Еще немного усилий и, одной рукой держась за трубу, при помощи другой он дотянулся до стекла и заглянул внутрь комнаты. Там, за огромным черным деловым столом, с лампой под золотистым абажуром спиной к окну сидела женщина. Кроме нее, в кабинете никого не было.
У Павла екнуло сердце от такой удачи. Еще несколько усилий, и он вскарабкался на карниз.
Женщина услышала шум и обернулась в тот момент, когда он уже протискивался в узкое пространство приоткрытого окна.
Она хотела закричать, но Павел достал пистолет и погрозил ей. Ужас сковал куриное лицо женщины.
Павел молча смотрел на нее и не мог скрыть своего разочарования. Перед ним стояла вчерашняя крыса. Значит, он промахнулся и попал не в тот кабинет. Потеряв интерес к перепуганной дамочке, он спрыгнул на пол и спросил:
— Где твоя директриса?
— А… а… за… ч… чем? — заикалась она.
— Тебе-то какое дело? Мне нужна Лариса. Веди меня к ней.
Но женщина не шелохнулась. Ее коротко подстриженные волосы от испуга встали дыбом. Поросячьи глазки уставились в Павла и не мигали редкими белесыми ресницами. С такой разговаривать было бессмысленно.
— Вот, зараза, — чертыхнулся Павел. Подошел к столу. На нем лежало полно бумаг. Он не стал в них копаться. Снова обратился к женщине.
— Успокойтесь. Вы мне не нужны и стрелять я не собираюсь. Мне нужна только Лариса. Понимаете? Ваша директриса. Где она?
Женщина коротко кивнула головой, что означало — «ищите ее за дверью».
— Понятно, — спокойно сказал Павел. — Только туда выходить нельзя. Берите трубочку и попросите ее срочно зайти к вам. Ясно?
В ответ она снова кивнула и подошла к телефону.
— Только без глупостей, — предупредил Павел.
Она еще раз кивнула и дрожащим пальцем с ненакрашенным коротко обрезанным ногтем стала набирать номер.
В трубке послышался гудок и женский голос:
— Алло?
— Оля, срочно попроси Ларису Петровну зайти ко мне, — западающим голосом произнесла женщина.
— Не поняла? — удивленно спросила Оля.
— И не надо. Не твое дело. Найди срочно Ларису Петровну, и пусть она зайдет ко мне. Очень срочно…
Павел шепотом подсказал:
— Одна.
— Одна, — повторила женщина и положила трубку.
Павел сел в кресло и принялся ждать. Женщина отвернулась от него и тупо смотрела в стенку. Он увидел на столе красную пачку «Мор». В голове промелькнула мысль: «Лора курила такие же сигареты». Он вытащил темную шоколадного цвета сигарету и прикурил от настольной зажигалки.
— Вы тоже курите «Мор»?
Женщина не ответила. Она повернулась к нему неестественно прямой спиной. Серый костюм, на который он сперва не обратил внимания, оказался из очень дорогого магазина. Юбка до колен имела сзади косой разрез, который при ходьбе должен был приоткрывать ноги. Явно итальянские лакированные туфли на прямом крепком каблуке стоили не менее двухсот долларов. Ноги женщины смотрелись в них довольно привлекательно.
Какое-то странное чувство охватило Павла. Ему вдруг показалось, что именно эти, весьма заурядные женские ноги ему знакомы. Он усмехнулся. «Вот что значит жить без женщины!» Но странное чувство не исчезло. А время шло.
— Почему так долго?
— Она же не знает, что рэкет пожаловал, — резко ответила женщина.
Интонация ее голоса и злость, с которой была сказана фраза, поставили Павла в тупик. Теперь ему и голос показался знакомым.