Она пересекла трамвайные пути и дорогу, подошла к нему и спросила:
— Как у тебя лето проходит?
— Могло бы и лучше. У папиной тварины день рождения сегодня, вот он послал меня в магазин за мороженным.
— Ты это про мачеху?
— Ну а про кого же ещё. Пошли погуляем.
— Хочешь чтобы растаяло?
— Ага.
— Ты же к ней, вроде бы, нормально относился, за что теперь так ненавидишь?
— Да сука она! Я из-за неё больше месяца с братом не виделся. Раньше отец каждую субботу меня просто в комнате запирал, я тогда включал радио, делал вид, что уроки делаю или читаю, а сам спокойно через окно уходил…
— С четвёртого этажа!
— Прикинь, я там такую систему сделал! Вылезал, значит, из окна и полз по карнизу до дерева. Ты же знаешь, у меня за окном одни сады. Летом меня листва скрывала, а зимой на наш дом смотреть некому. И вот, пока я полз, по пути из щели под соседским подоконником доставал проволоку с крюком. Им цеплял верёвку с дерева, подтягивал к себе и с её помощью спускался. Потом так же поднимался. Два года всё нормально было, никто на меня внимания не обращал. А теперь эта дрянь как-то узнала! Понятия не имею, как! Может в кустах подкараулила, может кто из соседей сдал?! В общем, возвращаюсь я домой — верёвки нет! Крюка нет! Эта гадина ко мне подходит, лыбится так гадко и говорит, что её тупорылый сын всей нашей семье абонементы в ледовый дворец сделал, теперь каждые выходные у нас с утра до вечера то хоккей, то коньки, то вырезание ледяных скульптур…
— Ну и чего ты ноешь? Круто же! — раздался недалеко голос Петра. Он сидел с друзьями на лавочке в тени густых деревьев, отделявших двор от тротуара. — Есть у тебя нормальный брат, а ты всё по спидозному плачешь.
— Ты чего уши греешь, чмошник?! — разозлился Илья.
— А ты ори погромче, ещё не весь город слышит.
— Иди отсюда, твой дом вообще в другом районе!
— Ты мне ещё поуказывай, ушлёпок! Где хочу, там и гуляю!
— Слышь, это мой двор, — поднялся друг Петра. — А ты тоже не здесь живёшь, вот и вали отсюда сам, вместе со своей мажоркой!
— Не смей её оскорблять, слизняк паршивый!
— Илья, не надо… — попробовала вмешаться Агата, но он уже горел яростью:
— Сбились в стадо вокруг предателя трусливого, смотреть противно!
Теперь вся толпа друзей вскочила с лавки.
— Это брат твой предатель! — крикнул кто-то.
— И убийца! — подхватил другой. — Он реку пытался отравить.
— Да ты Петра благодарить должен, если бы не он, все погибли бы!
— И ты, урод неблагодарный тоже.
— Враньё! — взбесился Илья. — Вы не знаете… Ничего такого Сеня не хотел! Вас там не было!
— Тебя тоже!
— Петька врёт всё! Лжец! Ссыкло! Он тени своей испугался!
— Сам ты лжец! — не выдержал один из друзей Петра и набросился на Илью с кулаками, но тот ловко ударил его пакетом по голове и локтем в грудь. После этого на него налетела уже вся толпа.
Агата стояла в стороне думая, что будет, если она сейчас разоблачит свою силу? Улица была большая и слишком многолюдная. Прохожие останавливались и с любопытством смотрели, люди в домах выходили на балконы и выглядывали из окон, однако никто не собирался разнимать дерущихся.
Сама она драться не умела, но магией могла бы мгновенно поднять всех парней в воздух и расспросить, что же случилось с Петром и Арсением. Она не верила, что Сеня мог пытаться отравить реку, он казался ей добрым и умным. С другой стороны, он вроде бы говорил ей, что в чём-то виноват. Агата не могла вспомнить, что именно он ей сказал, но могла позвонить ему и спросить.
Тут ей пришла мысль заставить всех спокойно поговорить с Арсением. Он расскажет как всё было на самом деле, возможно извиниться, если и вправду виноват. А если нет, то извинится Пётр за то, что лгал и говорил про него гадости. Тогда, может быть, они с Ильёй даже помирятся. Это однозначно стоит того, чтобы показать горожанам немного магии, а потом объясняться с Патриархом.
Она вытянула руки вперёд, как кукловод, представила что от пальцев тянуться нити к Илье, Петру и остальным, но внезапно два волка громко рыча вбежали в толпу дерущихся. Звери делали выпады, грозно клацали зубами, но никого не кусали и мгновенно утихли, когда Пётр с друзьями бросились бежать в рассыпную.
— Ну и в чём я не прав? Не герой он, а трус, как и его прихвостни! — сказал Илья, гладя Гери и Фреки.
На дороге рядом с ними остановился небольшой лимузин, задняя дверь которого открылась и волки побежали внутрь, к хозяину.
— Сколопендра, ты тоже запрыгивай, — крикнул Ингвар не выходя из машины. Его волосы были белые, как снег из-за чего он не только голосом, но и внешне стал походить на своего деда.
— Это кто? — восхищённо спросил Илья.