Альдо фон Герц сидел за своим огромным дубовым столом, положив толстые руки на разложенные на нём бумаги. Он уже совсем поседел, и на носу у него были крошечные круглые очки. На дуле пистолета, прислонённого к подоконнику позади стола, висел изысканный итальянский костюм, а шёлковый галстук свободно болтался на шее, словно у человека, только что пережившего собственную казнь через повешение.
Он подписал последнюю бумагу, бросил очки на стол, поприветствовал двух мужчин в центре комнаты и тут же пожал руку Чаду.
" Гутен Морген. Wie geht's ?" — пробормотал фон Герц, смысл которого исходил больше из его глаз, чем из слов.
« Gut. Und Ihnen ?»
« Auch Gut. Kannst du Sprechen Deutsch noch ?» «Не так хорошо, как ты говоришь по-английски», — сказал Чад.
«Приятно снова видеть вас», — сказал фон Герц, переводя взгляд на Фрэнка.
«А это мистер Фрэнк Болдуин. Человек с необыкновенным кругозором, о котором мне рассказывал Уорфилд», — он улыбнулся и поднял кустистые брови.
Фрэнк пожал ему руку. «Рад познакомиться».
«У меня есть один из ваших телескопов», — сказал фон Герц. «Старый, размером три на девять, с великолепной чёткостью. Уверен, он ничто по сравнению с тем, что вы мне сегодня покажете». Он взглянул на небольшой металлический контейнер в руке Фрэнка.
«Надеюсь, вам понравится», — сказал Фрэнк довольно подавленно.
Чад подошёл ближе к Фрэнку. «Может, нам стоит пойти в крытый тир, посмотреть на VH-40? Там мы сможем гораздо лучше продемонстрировать возможности прицела». Он не мог сдержать свой энтузиазм, и ему было всё равно, кто об этом знает.
«Как всегда, Чед, ты дипломат, — сказал фон Герц, похлопав его по плечу. — Всё в порядке. Пошли стрелять».
Альдо фон Герц провёл их по коридорам к лифту, затем в подвал, через две кодовые двери и, наконец, в небольшую комнату с видом на стометровый тир. Разметка создавала впечатление, что стрельбище находится на открытом воздухе, на расстоянии пятисот метров.
Чад хорошо помнил этот полигон. Он проводил здесь большую часть времени, испытывая различные винтовки и пистолеты, а также практиковался в обеденные перерывы. Стены покрасили в более тёмный цвет, а освещение установили новое, но в остальном всё осталось как прежде.
Через несколько минут на территорию стрельбища вошёл мужчина с волосами, собранными в хвост, неся чёрный металлический футляр, напоминающий шкатулку для музыкальных инструментов. Он поставил футляр на небольшой столик и открыл его.
«Пойдем со мной», — сказал фон Герц.
На большом открытом пространстве Чад немедленно направился к VH-40.
Он потянулся к ней, но мужчина с хвостиком схватил его за руку и вывернул большой палец назад.
«Всё в порядке, Лютер», — сказал фон Герц. «Это Чад Хантер».
Мужчина всё ещё держал руку Чада, а тот сжал свободную руку в кулак и занес её назад для удара. Затем мужчина медленно отпустил его.
«Чед, Фрэнк, это Лютер Дедрик. Он наш лучший стрелок.
Испытывает каждое оружие до совершенства. Боюсь, он слишком бережно относится к VH-40.
«Правильно», — сказал Чад. «Можно?» Он с доверием посмотрел на мужчину.
Лютер отошёл от пистолета. Его глаза были настолько тёмными, что невозможно было разглядеть, где заканчивались карие и начинались чёрные зрачки. Он скрестил сильные руки, перекатывая мышцы, и стиснул зубы, словно отдавал своего ребёнка, а не какой-то пластиково-металлический комок техники.
Чад взял винтовку и проверил её вес в руке. Она оказалась лёгкой.
Гораздо легче, чем казалось. Чёрный внешний корпус был сделан из какого-то композитного пластика. Высоко установленный прицел, как он и подозревал, оказался не таким уж и дорогим. Не стоило его ставить на водяной пистолет. Он посмотрел на дуло и удивился крошечному отверстию ствола. Напрасно, ведь он знал, что диаметр пули меньше, чем у 22-го калибра, но было трудно поверить, что им удалось то, чего не удалось ему. И всё же, вот оно. Он испытывал одновременно облегчение и зависть. Армейское начальство теперь не назвало бы его идею безумной.
«Как ты циклишь патрон?» — спросил Чад. Затвора не было видно.
Лютер не двинулся с места.
Герр фон Герц улыбнулся: «Под стволом, прямо перед рукояткой.
Нажмите на этот рычаг.
Чад нажал на нее, и длинная обойма, идущая параллельно стволу, выпала вниз.