И промолчать нельзя. Вон как смотрят, только и ждут повода для насмешек.
- Спасибо, Константин.
Я хотела сказать, что мне не нужна его помощь, но он меня перебил. Оттолкнул от себя и пожал плечами:
- Хотя последнее навряд ли. Сами видите.
Он добился своего. Парой предложений он заставил весь класс смеяться надо мной.
Так, если я его сейчас пну, это ведь не испортит мою репутацию еще больше?
Но, разумеется, я сдержалась. Потому что слабее, и пинок вышел бы боком мне самой.
Покрепче сжав лямку сумки, я молча проследовала к первому попавшемуся свободному месту.
Ненавижу этого парня.
Что ж, сами уроки оказались не столь сложны, как я опасалась. Хотя эту школу позиционировали как элитную, уровень преподавания здесь не особо отличался от того, к какому я привыкла.
Но вот перемены…
Хотя сам Константин больше не обращал на меня внимания, остальные ученики словно задались целью меня довести. Они подходили с милыми улыбками и оскорбляли меня, не меняя выражения лиц. Делали вид, будто общаются со слабоумной и не давали мне ни единой возможности ответить, перебивая – или просто уходя прежде, чем я заговорю.
Это выводило из себя – и задевало. Мне не дали ни единого шанса, сразу заняв сторону Константина, и это был ужасающий контраст с тем, какими были мои отношения с прежним классом. Я была измучена напряжением дома, и меня буквально убивала мысль, что и здесь я не найду отдушины.
Не знаю как, но мне удавалось сдерживать эмоции. Разрыдаться перед этими людьми было бы унизительно. А их неизбежный смех над моими слезами – унизителен вдвойне.
Я решила, что, если перестану обращать внимание на чужие подколки, им надоест, и они отстанут.
Хотя с Константином это не сработало.
И все же, выйдя из школы после занятий, я с трудом сдерживала слезы. Хотелось домой – не потому, что там безопасно, а чтобы спрятаться ото всех. Просто побыть в одиночестве.
- Проводить тебя домой? – вкрадчиво поинтересовался Константин, бесшумно появляясь рядом.
- Сама доберусь, - процедила я.
- Эй, ты чего такая злая? Не понравилось в школе?
Его голос звучал с таким искренним огорчением, словно его и впрямь это расстраивало.
- Зачем ты это сделал? – прямо спросила я его.
- Что именно? – словно бы удивился он.
- Натравил на меня одноклассников! – обвиняюще ответила я.
И он даже не стал отпираться. Улыбнулся искренне и доброжелательно, чтобы сказать:
- Потому что ты мне не нравишься. И я хочу, чтобы ты убралась из моего дома вместе со своей матерью.
- Будь моя воля, ни секундочки бы не задержалась! – в сердцах воскликнула я и бросилась прочь.
Как будто это я виновата, что меня притащили в этот город и этот дом!
Как будто…
Да чем я ему не нравлюсь? Тоже мне! Я ведь не дурнушка, меня многие считают привлекательной. И фигура при мне, и лицо симпатичное, и с волосами повезло – густые, послушные, красивого сливового оттенка, шикарно подходящего к естественному их черному цвету. Синеглазая изящная брюнетка с хорошеньким личиком – как я могу вообще кому-то не нравиться?!
А ведь у меня еще и характер золотой! Только этот парень об этом даже не подозревает, потому что не удосужился познакомиться со мной поближе!
Ух, как же я его ненавижу!
Добравшись до дома, я заперлась в своей комнате, села на пол и разрыдалась.
Позади остался первый школьный день из длинной-длинной их череды.
И только успокоившись, я вдруг сообразила – а ведь мне не обязательно терпеть такое к себе отношение. Я же могу перевестись в другую школу! Туда, где не будет Константина и травли с его подачи.
Нужно лишь уговорить маму.
- И речи не идет, - выслушав меня, возразила мама. – Только первый день, и ты готова сбежать? Карина, это лучшая школа в городе, и твое обучение уже оплачено. Ты не можешь просто взять и уйти.