- Так ты готов брать меня с собой на свои битвы? – ожидаемо поинтересовалась она.
- Ты не готова, - откликнулся я.
- Эй, так не честно! – сердито заявила Секрет. – Ты дуешь на воду. Вон, у меня и бронежилет, и показатели намного лучше тех, с которыми мы начинали. Когда я буду готова-то?
- Когда я сочту, что твоей подготовки хватает, - меня ничуть не впечатлила ее маленькая речь, но я смягчился, решив пояснить: - В тех случаях, когда это будет для тебя безопасно, я буду тебя вызывать. Но о полноценном участии в моих боях пока речи не идет.
- Ю-ху! – она подпрыгнула на месте, даже не пытаясь скрыть радость. – Я буду сражаться!
- Только в тех случаях, когда это будет безопасно для тебя, - повторил я.
- Я поняла. Спасибо, - прозвучало у нее это очень искренне.
И я не сдержал улыбку.
Как бы ни рвалась Секрет в бой, как бы искренне не хотела помочь, она не забыла своего ранения. И ей было страшно, а потому она рада, что ее не будут бросать на амбразуры. Хотя, предложи я ей такое – согласилась бы, не раздумывая.
Возможно, у нее были личные счеты с суперами. Или желание защитить близких людей.
Я бы даже предположил, что у нее настолько велико желание помогать мне – но для этого нет ни единой причины. Мы не были друзьями, даже не были знакомы, и ничего личного нас не связывало. Даже то, что я бросился спасать ее, когда она пострадала из-за собственной самоуверенности – она ведь понимала, что я сделал бы то же самое для любого другого человека в подобной ситуации.
Я бы мог с подозрением отнестись к ее стремлению помочь, но риск при столкновениях с противниками был больше, чем возможность втереться в доверие, тем более, что мы общались и так, в куда более безопасной и комфортной обстановке. Так что я не думал, что за этим стремлением прячется какой-то тайный умысел.
Возможно, Секрет – просто натура, романтизирующая образ супергероя, которой не терпится примерить его на себя.
Исключать тщеславие я бы тоже не стал.
Но своего эта девчонка добилась – пусть частично, но я допустил ее до боев, одновременно усложнив и облегчив себе жизнь. Все же отвечать в драке за чужую безопасность - та еще задача. Но, с другой стороны, вмешательство Секрет в ряде случаев могло обеспечить мне победу там, где без нее я мог рассчитывать максимум на ничью.
Мне казалось, после пленения Ангела должно пройти какое-то время, прежде чем на улицах города появится новый супер. Но мои ожидания не оправдались.
Хотя со столь странным дебютом я прежде не сталкивался.
Всплеск силы произошел в довольно людном месте. Поздний вечер, торговый центр – ничего удивительного, что на его территории гуляли толпы народа, которому просто некуда больше пойти развлекаться в такое время. Слишком многолюдно, чтобы я мог просто подать сигнал полиции – как бы близко они ни были, за то время, что они подъедут, кто-то может пострадать.
Мало ли какой супер вышел порезвиться. Хотя большинство из мне известных не рискнули бы выбрать такие место и время, понимая, как сложно оттуда уйти от парализатора.
Так что я решил посмотреть, кто такой смелый.
Я почти не удивился, обнаружив, что супер мне не знаком. Конечно, я не ждал, что кто-то появится едва ли не через день после Ангела, но в целом был к этому готов.
Изумило меня иное.
Человек в костюме чумного доктора стоял на вытащенной на середину холла скамье и вещал глухим из-за маски голосом о приближающемся апокалипсисе. Сдабривая все это цитатами из Библии.
Шпарил он как по писаному и создавал впечатление, будто сам в это верит. Супер - религиозный фанатик? Это после Ангела-то? Очень, очень странно… Хотя фанатик не стал бы прятаться за маской. Среди экспериментаторов Альфы затесался сектант? Ведь кому еще придет в голову нашептывать мутирующим людям о таких способностях?
Впрочем, способности Чумного доктора пока никак не проявлялись. Какой бы впечатляющей ни была его речь, люди проходили мимо, поглядывая на странного типа с опасением – но и только. Местная охрана тоже не приближалась, видимо, подозревая в парне супера, да и посетители торгового центра осторожно разбредались подальше от фанатика. Самые умные так и вовсе уходили.
С одной стороны, это в какой-то мере успокаивало. Парень не нападает, говорит себе всякую чушь, и можно спокойно дождаться полиции, даже не трогая его.