Однако ни Роджер, ни Джеймс не предполагали, что предварительный просмотр «Опасных желаний» произведет такой эффект. Особенно впечатляла игра ведущей актрисы. Офелия, роль которой исполняла Челси Хаттон, возникла на экране как забытый облик из прошлого, пробуждающий горькие воспоминания.
Джеймс помнил это лицо, и он знал, что Роджер тоже его помнит. Непостижимым образом эта странная женщина, самозванка, которая называла себя дочерью Роджера, вынудила Кэссиди взять ее на главную роль в «Опасных желаниях». Джеймс гадал, знала ли Челси о том, что ее сходство с Ланой будет таким заметным. Этого ли она добивалась? И неужели он недооценил Челси Хаттон? Она так умело использовала Кэсс и «Опасные желания», чтобы получить то, чего хотела, и он не мог ее остановить. Как только «Опасные желания» появятся, любовь зрителей вознесет имя Челси на вершину славы. Кэсс не могла и предположить, на что способна эта ненормальная.
Джеймс попросил рабочего остановить показ и оставить их с Роджером вдвоем.
— Ты узнаешь ее? — По его тону Джеймс понял, что Роджер надеется, что друг рассеет его подозрения. Но Джеймс не мог этого сделать.
— Я узнал ее на вечеринке и потом, когда просматривал первый отснятый материал с Джеком. Думаю, я был слеп, не понимая, откуда я ее знаю.
Роджер снова позвал рабочего и попросил его продолжить показ. Актриса плавно двигалась на экране, и Джеймс с Роджером узнавали эту знакомую кошачью грацию. Как только они снова остались одни, Роджер сказал:
— Мне необходимо поговорить с Кэсс. Если эта Хаттон первая доберется до нее, я потеряю ее навсегда. Я этого не переживу.
Джеймс посмотрел на старого друга.
— Я подумаю, что можно сделать. — Он прокручивал в голове десятки различных сценариев для Кэсс, но она была уже не ребенком и легко разоблачила бы его обман. — Думаю, нам стоит рассказать ей обычную историю. Ты был молод и глуп, спал с женщинами, и твое безответственное поведение могло привести к появлению ребенка, но ты наверняка этого не знаешь. Тогда мы сможем убедить Кэсс, что ты никогда намеренно не обманывал ее. Ты очень ее любишь, и в конце концов она тебе поверит.
Роджер повернулся к Джеймсу:
— Договорись с мисс Хаттон об ужине в моем номере сегодня в восемь.
Кэсс, лежа в постели, пила ромашковый чай, когда в ее дверь постучал посыльный. Увидев огромное количество пакетов и коробок из всех лучших магазинов Парижа, она подумала, что кто-то ошибся и растерянно сказала:
— Это не для меня… Я не заказывала.
Посыльный прервал ее на полуслове:
— Мистер Кавелли сказал, что это должно быть доставлено до полудня. — Он сверился со своими часами, даже сравнил их со старинными часами на столике и улыбнулся. — Без пятнадцати. Я точно выполняю поручения. — Из внутреннего кармана куртки он вынул конверт и протянул ей. — Мистер Кавелли еще велел отдать Вам это.
Она поблагодарила его и, едва за ним закрылась дверь, бросилась к пакетам: «Шанель», «Прада», «Ла Перла» и «Диор». Сердце бешено билось, когда она вскрывала конверт.
Сегодня я проснулся немного раньше, чем обычно. Вместо того чтобы послать за покупками или разбудить свою секретаршу в Лос-Анджелесе и довести ее до белого каления, диктуя поручения и отдавая всем приказы, я решил умнее распорядиться свободным временем. Я купил одежду и все, что может тебе понадобиться, ведь я не доставил тебя в Венецию, когда обещал. Должен признать, было нелегко найти вещи, достойные такой красавицы, как ты.
Прими их, пожалуйста, не только в качестве извинения за то, что я не отвез тебя вчера «домой», но как выражение моей привязанности… и приглашение пообедать со мной на Ривьере.
Надеюсь, это загладит мою вину.
Джек
P.S. Признаюсь, я консультировался с девушкой в фойе по поводу макияжа. Если цвета тебе не подходят или тебе нужно что-то еще, позвони и спроси Жан-Мари.
Вчера в одно мгновение Джек легко убедил ее, что действует из эгоистических побуждений и потому им не стоит начинать близкие отношения, а теперь он заваливает ее подарками. Кэсс мучили противоречивые чувства. Она не представляла себе, что должна чувствовать: радость, растерянность… страх?
Разум говорил, что ей стоит рассердиться — он играл ее чувствами как раз тогда, когда ей больше всего нужно сохранять душевное равновесие. Но, может, он тоже растерян. Он привык к осложнениям в бизнесе, но подготовили ли они его к сердечным переживаниям? Как он говорил, им обоим надо быть осторожными. Она не могла допустить, чтобы ей снова причинили боль, ей нужно сохранять контроль над ситуацией.