Комната была большая, с очень высоким потолком и огромными окнами, занимавшими почти всю стену. Кэсс увидела огромный письменный стол с кожаным креслом, кожаный диван, два стула с кожаными сиденьями, стол для переговоров и стулья для десяти человек. Три стены занимали стеллажи с книгами, четвертую украшали современные картины, на полу лежал бургундский ковер из шелкового плюша. Через высокие окна позади письменного стола комнату заливал яркий свет.
— В прежние времена этот кабинет использовали для съемок. Мистеру Пикетту нравилось, что здесь такая камерная обстановка, и я с ним полностью согласна. Вам нравится здесь?
— Это был кабинет мистера Пикетта?
— Да, — ответила Люси.
Кэссиди улыбнулась, ей было приятно, что здесь когда-то работал знаменитый основатель компании.
Люси подошла к столу и показала Кэсс кнопку.
— Если вам что-нибудь понадобится, сразу вызывайте меня. — Она посмотрела на часы. — Ваш секретарь Олли Фармстед должна скоро быть. Я видела, как она подходила к проходной, чтобы взять для вас связку ключей. Думаю, она вам понравится. Я сама принимала ее на работу.
— Спасибо, Люси, — ответила Кэсс.
— Может быть, я еще чем-то могу быть полезна?
— Нет, спасибо, вы уже и так мне помогли.
Люси направилась к двери:
— Я помогу вам освоиться. Уверена, вам предстоит многое сделать.
Кэсс подождала, пока закроется дверь, потом упала в кресло у стола. Еще раз осмотрев комнату, она поняла, что этот кабинет нравится ей все больше и больше. Она просто не могла поверить, что находится здесь. Годами она мечтала снимать художественные фильмы, но мысль о том, что ей придется находиться в одном городе с отцом, заставила ее забыть об этой мечте. Еще на прошлой неделе она делала программу новостей на телевидении, а теперь уже возглавляет кинокомпанию.
Дверь приоткрылась, и показалась головка молодой женщины:
— Здравствуйте, мисс Инглиш, я Олли.
Кэсс удивилась: секретарша оказалась красивой девушкой лет двадцати пяти со стрижеными волосами, выкрашенными перьями в голубой и желтый, в ноздре у нее виднелась дырочка для серьги.
— Вот ключи от этого кабинета, личного лифта там сзади и от столов с документами. Вам чего-нибудь принести?
Кэсс встала и, подойдя к Олли, пожала ей руку, потом взяла связку ключей.
— Нет, пока ничего не надо. Я еще не разобралась с письмами.
— О’кей… ну, если понадоблюсь, нажмите на верхнюю кнопку. — Олли показала на телефон слева на столе. — Еще есть чай, кофе, в холодильнике сок и содовая, а позади книжного шкафа бар.
— Спасибо, — тепло поблагодарила Кэсс. — Уверена, вам придется поработать, как только я освоюсь.
Когда Олли вышла, Кэсс снова села за письменный стол, чтобы разобраться с многочисленными сообщениями, расписанием совещаний глав подразделений и студий. Ей надо было проверить и одобрить места съемок и сценарии, договориться о встречах с ведущими актерами и актрисами.
— Олли, могу я взглянуть на подготовку рекламы и расходы по ней, а также отчеты по бюджетным расходам «Опасных желаний»?
Кэсс отпустила кнопку, откинулась в кресле и глубоко вздохнула. Болезнь Роджера сильно затормозила съемку фильма. Теперь надо искать замену нескольким актерам, да и художники-декораторы грозились уйти, директор взбунтовался и уволился. Ей и Рудольфо предстоит все восстановить, снова поставить на рельсы, чтобы успеть закончить фильм к концу месяца. Это почти невозможно. Слава Богу, вечером приедет Рудольфо.
В дверь громко постучали, в приемной послышались какие-то голоса. Олли твердо сказала:
— Вы не можете войти без доклада. Пожалуйста, подождите, а я доложу мисс Инглиш, что вы здесь.
За последние несколько часов Кэсс поняла, что Олли была достаточно сдержанным человеком. Поэтому, если она повысила голос, значит, в приемной происходило что-то действительно неприятное.
Так и оказалось.
Дверь распахнулась, и на пороге появилась Челси Хаттон в окружении каких-то мужчин. Олли, безнадежно пытаясь преградить им путь, встала перед столом Кэсс, словно давая понять, что им придется перешагнуть через нее.
Раздувая ноздри от ярости, Челси вышла вперед и отстранила молоденькую секретаршу.
— Пожалуйста, скажите этой женщине, кто я такая.
Кэсс встала, решительно оперлась руками о стол. На лице ее промелькнула тень раздражения. Повернувшись к Олли, она понимающе взглянула на нее: