— Да разве ты не понимаешь, Джеймс? Если Кэсс узнает правду, со мной все кончено.
Роджер положил трубку и немедленно позвал Рей:
— Забронируй мне билет на ближайший рейс в Венецию.
«Бентли» с тонированными стеклами подъехал к входу в отель «Беверли-Хиллз». Водитель выскочил и распахнул дверцу. Джек вышел из машины и, не смотря по сторонам, прошел через фойе к лифту. Подойдя к своему номеру, он тихо постучал, и симпатичная зеленоглазая брюнетка распахнула перед ним дверь. Несмотря на то что здесь уже давно не было Челси, ему казалось, что комната все еще хранила ее аромат.
— Джек… Я жду тебя уже несколько часов! Почему ты так задержался? — Ее голосок, напоминающий мурлыканье кошечки, звучал очень сексуально.
Он холодно взглянул на нее:
— Сама знаешь, что лучше меня об этом не спрашивать. — Он прошел мимо нее в прихожую. Сняв пиджак от «Армани», он кинул его на диван и подошел к бару. Налив стаканчик бренди, он глубоко вдохнул его аромат, перед тем как хлебнуть волшебной жидкости. Джек почувствовал приятное тепло, разливающееся по всему телу. Поставив стакан на стойку бара, он одобрительно посмотрел на Доми. Доминик Дрейк исполняла постоянную роль в вечернем телесериале. Конечно, материал не для «Эмми», но смотрелась она классно. Медленно и соблазнительно она скинула халат, обнажив полные упругие груди, длинные стройные ноги и узкую талию. Они встречались нечасто, и она хорошо знала свою роль. Она подошла к нему, Джек, расстегнув запонки своей белой рубашки, закатал рукава.
— Пойдем в спальню? — голос Доми звучал хрипло и едва ли был громче шепота. Она откинулась на стойку бара и, положив руку ему на голову, привлекла его к себе. Сначала он сопротивлялся, отстраняясь и пытаясь освободиться от ее крепкой хватки. Он хотел дать ей понять, кто здесь главный. Она посмотрела на него с мольбой в глазах, и тогда он почувствовал, что она не может больше терпеть, и отнес ее в спальню.
Лечение в Центре Бетти Форд не помогло Джонатану. Хотя он не имел ни алкогольной, ни наркотической зависимости, все же сознание его было затуманенным. Как ему пережить то, что он убил девочку? Но сейчас он больше думал не об этом. Он волновался, что, несмотря на влиятельные связи и банковские счета Роджера, сенатор и миссис Вильямс будут настаивать на заведении уголовного дела по поводу этого «несчастного случая».
Ведь это действительно произошло случайно, говорил он самому себе. Он и не помышлял причинить кому-либо вред. Конечно, сесть за руль после семи бокалов мартини и парочки коктейлей было не самой блестящей идеей, но кто мог предсказать, что дорога на побережье Тихого океана будет такой скользкой? Много раз он вместе с врачом представлял сцену аварии: он жмет на тормоза, машина теряет управление и врезается в дерево. Карина Вильямс погибла от удара. Он был совершенно уверен в этом. Он отчетливо помнил, как развязал шелковый розовый шарфик, обмотанный вокруг шеи, и посмотрел в ее мертвое лицо. Оно было залито кровью, ужас застыл в широко распахнутых глазах. Выбравшись из машины, он поднялся на обочину и прошел две мили до ближайшего города. Только через четыре часа команда спасателей прибыла на место аварии. Конечно, они уже ничем не могли помочь. Что бы ни думали остальные, Джонатан действительно переживал. Его терзали угрызения совести. Но что произошло, то произошло, он уже ничем не мог изменить случившегося. Лишь один раз до этого Джонатан видел, как плачет его отец — это было на похоронах Ланы. Парень отлично сознавал, что на этот раз Роджер плакал вовсе не из-за него, а из-за этой девочки — Карины Вильямс. Естественно, папочка позаботился о том, чтобы все прошло более или менее незамеченным — никакого расследования, никаких штрафов и никакого освещения в прессе. Все, что требовалось от Джонатана на этот раз, — пройти курс лечения в Центре Бетти Форд, где он уже однажды лечился. Это местечко очень напоминало загородный клуб, если бы только не надо было посещать различные ежедневные встречи анонимных алкоголиков и наркоманов. Сейчас он чувствовал себя уже гораздо лучше, пройдя индивидуальный курс лечения, курс лечения в группе и обязательные двенадцать встреч. Он также занимался плаванием в бассейне, пару раз выбрался на работу и посмотрел все новые фильмы, которые доставал для него секретарь Роджера.
Но он должен был признать, что лечение ничуть не помогало ему, — так уже было. В мире нет лекарства для души, не способной любить. Только алкоголь, наркотики и секс могли облегчить его страдания. В данный момент он просто обязан был завоевать потерянное доверие отца и в то же время быстро добыть кругленькую сумму. Обычная работа уже была заброшена — по приказанию отца Джонатан спешно отбывал в Венецию. Вещи для поездки давно были собраны и прибыли в клинику в утро его выписки.