— Елена, расправь крылья. — Рафаэль пролетел прямо под ней и спустился вертикально, а Иллиум сделал то же самое сзади. Поняв, что они собираются делать, она расправила крылья. Сильные мужские руки сжали её плечи, и втроём они приземлились во дворе, где люди, возможно, когда-то стояли в ожидании входа в храм. Или может… Наклонившись, когда Иллиум и Рафаэль отпустили её, она смахнула листья и грязь, чтобы обнаружить следы песчаной белой субстанции.
— Здесь, вероятно, был песчаный сад.
Ни один из мужчин не произнёс ни слова, идя к зданию. Подняв голову, она огляделась. Учитывая размеры святилища, вполне возможно, что песчаный сад был частью огромного сада с зелёной травой и деревьями, продуманно высаженные рядом с небольшим журчащим ручьём, возможно, крошечным японским клёном.
«Так быстро природа берёт верх», — подумала она, поднимаясь на ноги и отряхивая руки.
Сквозь навес проникал слабый свет, едва ли освещающий землю. Корни нескольких лесных гигантов не только захлестнули песчаный сад, они, казалось, ушли под землю, а затем прорвались вверх через пол святилища.
Подойдя к огромному корню, она положила руки на дерево и перепрыгнула через него, краями крыльев шелестя по полу.
— Нашёл что-нибудь? — крикнула она Рафаэлю, не видя Иллиума.
Он взглянул на неё, и Елена испуганно отступила на шаг. Его глаза…
— Рафаэль, поговори со мной.
Неземное сияние не ослабевало, когда он протянул руку.
— Подойди ко мне, Елена.
Осторожно ступая по искорёженным и сломанным остаткам двух ступенек, она потянулась, чтобы взять его за руку и позволила притянуть себя.
— Что ты видишь?
Этот нечеловеческий взгляд сосредоточился на чём-то в лесу.
— Я ничего не вижу, но слышу её.
«Рафаэль».
Елена вздрогнула.
— Я тоже слышу. — Взглянув на их переплетённые руки, она поняла, что сияние от его кожи распространяется по ней сверкающей волной. — Что происходит?
Рафаэль покачал головой, шелковистые пряди чёрных как ночь волос скользнули по его лбу.
— Этого я не знаю. Но знаю, что разум чище, когда ты рядом.
Его глаза так и горели сверхъестественным огнём, будто он сжигал огромное количество энергии… чтобы сдерживать Калианну на расстоянии, поняла Елена.
Она вытащила кинжал из ножен и сжала в свободной руке.
— Ты ещё хочешь заглянуть в святилище? Дебри не так уж и плохо выглядят.
Судя по её знаниям о японских святынях, это вряд ли был главный вход, но судя по тому, что она видела в воздухе, главный вход завален.
— Да. — Он снова посмотрел на руины. — Моя мать была в Совете и искусна в играх, поэтому вполне может попытаться выманить меня, ведь здесь она спит.
Обернувшись, Елена нахмурилась.
— Где Иллиум? Уже внутри?
— Я не слышу его, — отрезал Рафаэль.
— Так и задумывалось, — сказала Елена, крепче сжимая рукоять кинжала. — Здесь помехи. — У неё сердце колотилось. «Только не Иллиум, — подумала она, — не ангел, ставший одним из её самых близких друзей».
— Подожди. — Рафаэль притормозил её, когда она собиралась спуститься туда, где в последний раз видела голубокрылого ангела. — Я пойду первым, здесь есть то, что ты не можешь победить.
— Иди. — Она не глупа, несмотря на то, что беспокойство за Иллиума сводило с ума. Ангел стал одним из тех, кого она будет защищать до смерти. — Будь осторожен, Архангел.
Ведь если она любила Иллиума, то чувства к Рафаэлю описать невозможно. Огромная, сильная, почти болезненная эмоция, которая просто существовала.
— Смерть не привлекает меня, Елена. — Его сила резанула по коже холодным белым огнём. — Не тогда, когда мне ещё предстоит утолить голод по тебе. — Повернувшись, он пошёл не туда, где она в последний раз видела Иллиума, а в недра святилища. — Он пошёл сюда.
Елена настороженно пошла следом и остановилась у длинной изрытой колонны, на которой виднелись пятна чего-то похожего на ржавый пигмент, и проверила тени вокруг. Ничего не найдя, она продолжила идти, слыша только шорох крыльев… Схватив Рафаэля за руку, она остановила его, идущего вглубь здания. Когда он снова взглянул на Елену, она подалась вперёд, чтобы смахнуть пальцами грязь с потрескавшейся, но ещё стоящей колонны.
— Видишь? — прошептала она
Рафаэль протянул руку и проследил очертания вырезанного дракона.