ГЛАВА 18
«Супруга», — подумал Рафаэль, когда смотрел на, лежащую под ним, Елену. Его пара.
«Ещё раз, Охотница».
Стиснув зубы, он вновь толкнулся в её тело, наслаждаясь стоном наслаждения Елены. Но она не сдалась на его милость. С затуманенными страстью глазами, она поцеловала его вдоль линии подбородка, спустилась к шее, а затем толкнула в грудь.
— Моя очередь.
Он позволил ей перевернуть себя. Лёг на спину и раскинул крылья на кровати. Положив ладони ему на грудь, Елена приподнялась и опустилась на его стержне, и Рафаэль увидел полную грудь, светлые взъерошенные его руками волосы, крылья цвета полуночи за её спиной и упругие бёдра с шёлковой кожей. Ноги ниже ещё были под одеждой, и Рафаэль не хотел долго ждать, чтобы стянуть всё, что осталось от её джинс. Но она ещё обута. На ней до сих пор ботинки.
«Моя супруга, — вновь подумал Рафаэль. — Дикая и вся моя».
Когда она склонилась, чтобы поцеловать его, их лица оказались в изысканной ловушке, созданной шёлковым водопадом её волос, и Рафаэль позволил ей вести. Её тело двигалось контрастом с языком, и Рафаэль понял, что его Охотница собиралась толкнуть его через край.
«Не без тебя».
Он решил попробовать то, чего никогда прежде не делал во время их занятий любовью — опустил щиты. Елена — молодая бессмертная и не знала правил, не понимала, как держать щиты поднятыми в такие моменты. Он никогда не вторгался в её сознание, потому что эту близость нужно дать, а не отнять. Но он позволил её разуму вырваться наружу и вторгнуться в его.
Она содрогнулась и затрепетала, её красивые глаза стали серебристыми от удовольствия. Елена закричала и стиснула его член внутренними мышцами. Большего и не требовалось. Он кончил, одновременно поднимая щиты, но только потому, что такое удовольствие может сделать Елене больно. Даже в такой экстремальной страсти Рафаэль не причинит вреда Елене. Его Охотница с сердцем смертного держала в руках его сердце.
Елена ничего не сказала, когда Рафаэль сильными руками подхватил её — после того, как она сняла ботинки, носки и всё, что осталось от джинс — и отнёс в ванну, уложив в приятную тёплую воду. Вздохнув, она уселась на один из выступов и откинула голову, так и не открыв глаз.
Вода омыла кожу, когда Рафаэль тоже лёг в ванну. Под нарастающим искушением, Елена распахнула глаза и пробежалась взглядом по длинным ногам и прессу архангела. Это её личное удовольствие, и она намеревалась переживать его как можно чаще.
— Как спина?
— Исцеляется. — Он погрузился в воду, держась за бортики ванны. — Я просчитался, слишком близко подлетел к стальным балкам строящегося объекта.
Заставив себя двигаться, Елена приблизилась к Рафаэлю, положила голову ему на плечо, а руку над сердцем. Так она никогда не сидела ни с одним мужчиной, кроме Рафаэля. Ведь он, несмотря на её разочарование из-за постоянных телохранителей, понимал, кто она и, что небольшая капитуляция не равняется большой.
— Ты никогда так не просчитываешься.
Он обнял её и принялся лениво вырисовывать узоры на коже.
— Через час после землетрясения в Бостоне, на нас обрушилась буря. Один порыв ветра я поборол, а второй накрыл меня ещё быстрее.
В этом был смысл.
— Рафаэль, это землетрясение было очень странным и непонятно локальным. — Елена погладила Рафаэля по чувственному изгибу крыла.
«Елена».
Улыбнувшись на его предостережение, она подняла голову и поцеловала в щеку.
— Землетрясение.
Бесконечная синева глубин океана пленила взгляд, но Елена спустилась поцелуями ниже, скользя губами по горлу архангела. Рафаэль сжал в кулак её волосы, но большое и мощное тело оставалось расслабленным. Архангел отдыхал в объятиях своей супруги.
— Говоришь, вампиров тянуло в ту сторону? — Его грудь вздымалась и опадала в устойчивом ритме, а сердцебиение было ровным и сильным.
— Да, — ответила она, впиваясь зубами в сухожилия, которые только что поцеловала. — Даже тот, кого мы нашли позже, казалось, направлялся туда.
«Только те, кто был одержим жаждой крови, не мог думать ни о чём другом».
— И эпицентром землетрясения стал вертолёт.
«Только не вертолёт, а ты».