— Эйдан.
Он подошёл и взял бокал.
— Спасибо.
— Всегда, пожалуйста.
Стараясь не прикасаться к нему, она села и начала делать себе бутерброд. Монтгомери наверняка пришёл бы в ужас от того, как она расставляла тарелки на столе, но сытный бутерброд сейчас самое то. Она сделала такой же и для Рафаэля, просто чтобы увидеть выражение его лица.
После почти минуты молчания Эйдан сел в кресло напротив, изящно опустив крылья вокруг спинки для ангелов. Он не ел, а пил вино, и когда она подняла голову, увидела, что он наблюдает за ней.
— Ты художник, — сказала она, удивляясь тому, что он видит. — Заметил вазу в холле?
В глазах вспыхнул интерес.
— Да.
Проглотив кусок бутерброда, Елена серьёзно заявила:
— Ты её не получишь. Монтгомери вернёт её.
Эйдан немного наклонил голову в сторону, словно пытаясь понять её, но ничего не говорил. Елена решила больше его не дразнить. Это не Иллиум. С Эйданом нужно обращаться осторожнее, но это не означало, что он не опасен. Она видела, как он сражается, знала, что он так же опасен, как два клинка, которые носил в ножнах на спине. Не без причины он в Семёрке Рафаэля. Но он сломлен на самом глубоком уровне.
За спиной послышался шелест крыльев, а в сознании появился запах моря.
— Привет, Архангел.
«Я очень быстро принял душ. Причины там задерживаться не было».
Он прикоснулся к изгибу её крыла, вызывая покалывание во всём теле. Эйдан встал.
— Сир.
— Что у тебя, Эйдан? — Кивнув Эйдану садиться, Рафаэль сам опустился на стул и приподнял уголки губ, увидев, что она положила ему на тарелку.
— Не думаю, что это Монтгомери подразумевал под булочками. — Но он откусил бутерброд.
— Он сделан с любовью, — съязвила она, заметив, как в глазах Эйдана вспыхнуло… удивление? Однако голос ничего не выдавал.
— Как знаешь, на весь обрушился дождь, ветер и снег. Дальний Восток сильно пострадал от наводнений, тайфунов и землетрясений. Япония тоже пострадала… за исключением одного региона, который остался нетронутым даже землетрясением, которое потрясло остальную часть острова.
У Елены волосы встали дыбом, и она отставила пустую чашку из-под кофе. Рафаэль оставил еду и встал.
— Никаких бедствий? — спросил он, подойдя к незажжённому камину.
— Нет. — Эйдан тоже встал, немного раскрыв крылья цвета солнечных лучей и разбитого стекла, будто он так освоился и верил, что они не попытаются прикоснуться к нему.
— Где?
— Удалённый район в горной префектуре под названием Кагосима.
Встав, Елена подошла к одной из книжных полок, чтобы легче было разговаривать с обоими мужчинами, хотя следующие слова обратила к Рафаэлю.
— Ты планируешь отправиться туда.
— Я должен. — С ничего не выражающим лицом, Рафаэль бросил взгляд на тёмное от грозы окно. — Теперь, когда мы, возможно, сузили поиск до специфического места, я могу почувствовать место её сна.
Следующий вопрос Елена задала ментально лично Рафаэлю:
«Что планируешь сделать, когда найдёшь её?»
«То, что должен».
Грудь сдавил его ледяной ответ, ведь Елена знала, что скрыто под ним. Она чувствовала силу его сердца, знала, как сильно ему будет больно, если окажется, что Калианна до сих пор безумна.
— Я пойду с тобой.
Он пронзил её взглядом полуночного цвета глаз.
— У тебя здесь есть обязанности.
— Твои люди присматривают за моей семьёй, а при возможном повторении случая в Бостоне — лучше отправиться к источнику проблемы и разобраться с ней. — Она не могла убить Архангела, но могла, и будет, стоять рядом с Рафаэлем.
— Елена, она гораздо хуже Урама.
Всё внутри сжалось, сердце забилось в два раза быстрее. Архангел, порождённый кровью, чьё тело пронзил яд, убил сотни, и убил бы ещё тысячи, не останови они его.
— Мы его остановили, — ответила она, обращаясь и к себе, и к нему, — и мы сильнее, чем были тогда.
«Возможно». Он повернулся к Эйдану, прежде чем Елена успела спросить, что это за косвенный ответ.
— Поговори с Дмитрием, организуйте транспорт. Вылетим, как только между бурями будет окно.
Дождавшись, пока Эйдан покинет библиотеку, Елена подошла к архангелу.
— Рафаэль, — сказала она, чувствуя, как желудок скручивается в болезненные узлы, — твоя сила… тебя легче ранить и исцеляешься ты дольше?
— Да.
Вина сдавила Елену стальными тисками. Каким-то образом, она сделал его уязвимее.
— Насколько всё плохо?
— Моя способность исцелять других увеличивается, охотница Гильдии. Неплохой обмен.