Мне никогда раньше за всю мою жизнь не было так больно и страшно. Но тем не менее, каким-то чудом я не выпустил из рук Атрибут. Он и придал мне сил, волна какой-то всеобъемлющей ярости прошла от божественного лука по моим рукам и растеклась по всему телу.
-- А-а-а-а-а!!!
В этом крике слились воедино моя боль, мой страх, и всепоглощающая боевая ярость, дарованная Атрибутом. Не в силах подняться на ноги, я встал на одно колено и, не обращая внимания на торчащее из ноги острие, кинув стрелу на лук, одним слитным, быстрым, но при этом плавным движением, до упора взвел тетиву. Еще секунды назад мне, чтобы полностью натянуть лук, требовалось в разы больше времени, сейчас же на все ушло от силы три секунды. Но и гороподобный вожак себеков не стал безропотно ждать стрелы в свою грудь... Я еще поднимал Атрибут в боевое положение, как он рванул боевой серп с пояса и, надсадно взревев, метнул его в меня. Бешено вращаясь, сверкая отточенной бронзой на полуденном солнце, серп слился для меня в смертоносный диск. Стрела из Серебряного лука и оружие, дарованное богом Нила своему адепту, столкнулись на полпути. Как мне показалось, звук, с которым стрела изменила свое направление и ушла в небо от этого столкновения, был полон какой-то неземной, всепоглощающей печали и разочарования. Серп же, как более тяжелое оружие, только немного отклонился, продолжая свой полет прямо мне в лицо. Мне ничего не оставалось, как использовать Атрибут в качестве защиты. Резким выпадом я успел ударить по серпу плечами лука, и он прошел мимо, только едва царапнув меня по виску, но при этом мой Атрибут оказался выбит из рук и упал на траву.
-- Кха-а-ар-р-р-р!!! - Вознеся сжатые в кулаки руки к небу, завопил себек.
Он знал, что выиграл. Да, мы оба теперь безоружны, но я ранен, и он явно почти на порядок сильнее. К тому же не стоит забывать об его огромной пасти, полной острых зубов, каждый размером с мой мизинец.
Чудовищную морду себека прорезала нечеловеческая улыбка, а по его уродливой морде покатились крупные крокодильи слезы предвкушения. Между нами было пять метров, и он преодолел их в два гигантских прыжка, целясь своей открытой пастью прямо мне в горло.
Это был конец...
Невзирая на то, что я осознавал, что не умру сейчас по-настоящему. Что, погибнув здесь, приду в себя в Храме. Тем не менее, мне было безумно страшно. Я не успел даже закричать, только инстинктивно закрылся руками от этой безмерно ужасающей пасти, готовой меня разорвать.
Еще полсекунды и острые зубы вопьются в мою плоть, разрывая мою кожу, выдирая мышцы и обильно поливая землю моей кровью. Всего половина мгновения...
И тут мир мигнул. Не я, а мигнула именно реальность. Это "мигание" заняло бесконечно малый квант времени, привнеся в мир одно единственное Изменение...
Зубы себека, готовые сомкнуться на моем горле еще миг назад, теперь бессильно скрежещут, ломаясь об отливающиую синевой сталь. В моих вытянутых руках, еще недавно столь беззащитных и слабых, ровным кругом нерушимой стены теперь зажат второй Атрибут!
Наследный щит царей Итаки, подарок прадеда основателю династии, предающийся в семье от отца к сыну. Выкованный по приказу Зевса Гефестом, он несет на себе благословение самого Громовержца. И даже оружие сторуких стражей Кроноса не способно пробить этот щит. Что уж говорить о каких-то крокодильих клыках!
Всегда считал, что щит - это исключительно защитное вооружение, но обретя Атрибут, а вместе с ним умение и понимание, как им владеть, в корне переменил свое мнение.
-- Тебе!..
Отводя крокодилью пасть в сторону, кричу я.
-- Полный!..
Удар кромкой щита страшен, он буквально разрубает пасть себека пополам.
-- Конец!
В отличии от своего противника я не упиваюсь победой, а желаю завершить дело как можно быстрее. Поэтому мой следующий удар прост и незатейлив.
Резкий, короткий тычок кромкой ломает шейные позвонки слуге бога Реки.
-- Вот же тварь. - Шепчу я, сплевывая на землю кровь из прокушенной губы. Когда её прикусил, не помню. - У тебя почти получилось...
Шипя от боли, закинув щит за спину, выдергиваю наконечник копья из бедра. Это больно, очень больно, зато я могу теперь ходить. Кровь течет по моей ноге. как полноводный ручей. Минута, от силы две и я упаду без сил от кровопотери, но мне хватит этого времени, чтобы закончить дело.
Доковыляв кое как три метра до Серебряного лука, поднимаю его с земли. Проведя по нему ладонью, очищая от травы и мысленно прося у него прощения, что выпустил из рук, тут же достаю стрелу и пристраиваю её на ложе.
За царицей гналось два себека, но реально догнать её мог только один, второй же едва шел, сильно хромая. Именно ему и досталась одна из моих стрел, попав в бедро, почти в самом начале боя. К тому же к этому отстающему с безумным криком, размахивая над головой клинком, бежит один из выживших байкеров. Кто это был мне было не понять, так как он был с головы до ног залит кровью, а из его левого плеча торчала рукоятка боевого серпа. Впрочем, вот на солнце характерно блеснула кольчуга, а значит выжил Хотей. Вот точно не ожидал я этого, он же первый ворвался в строй крокодилолюдей и должен был погибнуть первым! Но получилось наоборот, он один и выжил из гуннов. Парни молодцы, они справились с тем, что сами считали невозможным, на их четверых навалилось сразу пятнадцать себеков! Но они, сдюжили, превозмогли.
Как говорил всего несколько минут и одновременно бессчетную прорву времени назад Фил:
"Одно такого завалить - уже достижение, двоих - орден требовать можно, троих - это вот точно Подвиг!"
Значит свой Подвиг они совершили. И я уже не могу позволить себе промахнуться.
Между царицей и её преследователем всего десять шагов, и я вижу, что Клеопатра уже выбилась из сил, она едва переставляет ноги. До цели безумные четыре сотни метров, но у меня нет даже тени сомнения. Задержав дыхание, отпускаю тетиву...
Отправленная в полет стрела, поет победную песнь, она тоже знает, что попадет.
Если бы преследовавший царицу себек видел момент выстрела, то ему достаточно было шагнуть в сторону, чтобы я промахнулся. Но он был настолько поглощен своей погоней, что так, видимо, и не понял, от чего умер...
Последний из отряда бога Нила ковылял в направлении Клеопатры, даже зная, что уже точно не настигнет её, но он все равно продолжал идти к своей цели, не замечая ничего иного вокруг.
Три раза я поднимал лук и три раза опускал его, так и не спустив тетивы. Нет, это не было жестом милосердия, мне просто не хотелось отбирать законный фраг у Хотея. Он столько бежал к этому себеку раненый, истекающий кровью, было бы вопиющим неуважением с моей стороны убить этого врага. К тому же этот крокодилочеловек, видимо, как и я потерял много крови, и не мог оказать никакого сопротивления, он ноги-то передвигал с большим трудом.
Наконец-то настигнув свою жертву, Хотей всадил свой меч ему в спину и тут же без сил рухнул на землю. Последнее, что я увидел по эту сторону Арки, это была счастливая улыбка байкера.
Мир закрутился, сливаясь в одну точку, и на мои глаза опустилась непроглядная темнота...
Очнулся я сидящим у холодной мраморной стены в Сердце Храма. Рядом приходили в себя байкеры. Антон, Фил и Мек жутко скалились и облегченно вздыхали. Только Хот сидел с блуждающей улыбкой на лице. Быстро ощупав себя и не найдя никаких ран, я не стал сдерживаться:
-- Мужики... Я вам правду сейчас скажу! - Взгляды гуннов сошлись на мне. - Вы на всю голову ударенные!!! Что бы я еще раз перешагнул Порог?! Да под страхом четвертования меня сюда больше не загонишь!!!
Ответом мне был только веселый и жизнерадостный смех этой безумной четверки...
Первый том дилогии завершен уважаемые читатели.