— Пожалуйста, не бейте меня… не бейте меня…
Он сел сверху, всем весом придавив Марину к полу, отчего ей стало трудно дышать, и ладонью зажал ей рот.
— Заткнись! Не говори ничего. Не кричи… Не надо кричать…
Глаза ее были по-прежнему крепко зажмурены. Вновь и вновь она повторяла про себя одни и те же слова, как молитву, как мантру: «Скоро сюда придет Фил, скоро сюда придет Фил…»
Потом он начал хлестать ее по щекам. Это было скорее удивительно, чем больно. Она с недоумением чувствовала на лице его пощечины. И выставила руки навстречу этим обжигающим ударам.
— Сука… сука…
Он словами накручивал себя. Пощечины становились все сильнее, все тяжелее. Потом Марина почувствовала удар кулаком в грудь. Она захрипела. Это было больно. Еще один удар. И еще.
Она должна была что-то сделать, прежде чем он полностью потеряет контроль над собой.
Она открыла глаза, посмотрела вверх и увидела Флетчера, с лицом, перекошенным от злости и ненависти. Глаза его были закрыты. Она взглянула в сторону и увидела валявшийся рядом телефонный аппарат. Это было то, что нужно.
Она могла двигать левой рукой, которая не была прижата к полу. Отлично! Она протянула руку и стала искать телефон. Нащупала его. Вздрагивая от пощечин и ударов, она схватила его, сжала и изо всех сил вскинула руку вверх.
Телефон попал Мартину Флетчеру в голову.
Не веря в свою удачу, она снова ударила его.
Он открыл глаза и посмотрел на нее. Злость в его глазах исчезла, ее место заняло потрясение. Но у Марины не было времени раздумывать над его реакцией, ей нужно было извлечь из нее максимум пользы. Поэтому она в третий раз — теперь уже с криком, вложив в это все свои силы, — нанесла удар телефоном и почувствовала, что попала ему в висок.
Флетчер откинулся назад и застонал. Марина воспользовалась этим, чтобы выскользнуть из-под него. Она подползла к двери и попыталась открыть замок, но руки ее так дрожали, что никак не удавалось сжать пальцы. Тогда она начала стучать в дверь.
— Помогите! Помогите! Кто-нибудь! На помощь!
— Нет… не надо… не делай этого… пожалуйста…
Голос Мартина Флетчера был слабым и ломким. Он по-прежнему сидел на полу, растирая место, в которое попал телефон и откуда начала сочиться кровь.
Марина, не обращая на его слова внимания, продолжала кричать.
— Нет, пожалуйста, не надо…
От его злости не осталось и следа, голос был дрожащим и испуганным. Она обернулась, и в ней снова проснулся психолог.
— Ваша власть надо мной закончилась, Мартин. Я вас больше не боюсь…
Он шарахнулся от нее и забился в угол комнаты. Закрыл голову руками.
Внезапно послышался стук хлопнувшей двери.
— Фил! — закричала Марина. — Я здесь!
За массивной деревянной дверью раздавались приглушенные голоса. Эти звуки придали Марине дополнительных сил, и ей удалось повернуть замок. Дверь открылась. На пороге стояли двое иностранных студентов и служитель университета. Но Фила с ними не было.
Она обернулась к Мартину Флетчеру. Он уже встал и сейчас пытался вылезти в окно.
Она бросилась к нему, но он криком остановил ее:
— Не подходи, а не то я прыгну вниз!
Она остановилась.
— Бросьте, Мартин, не дурите. Если вы прыгнете отсюда, то просто свернете себе шею. Убьете себя.
— Не нужно мне было сюда приходить… — Мартин Флетчер заплакал. — Это я виноват. Во всем виноват я. Не нужно мне было сюда приходить…
— Перестаньте, Мартин, все не так уже и плохо. Давайте поговорим об этом…
Она попробовала подойти к нему поближе.
Он отодвинулся к краю подоконника.
— Я сказал не походить!
Марина осталась на месте.
— У меня ничего не осталось. Теперь уже совсем ничего. Только тюрьма, со всякими извращенцами и педиками…
— Мартин…
— Скажите Джемме, скажите Джемме… Я любил ее…
— Мартин, нет!
Но слова ее повисли в воздухе. Он прыгнул вниз.
— Через пять минут будет готово.
Слова Тони вернули Марину к реальности. Она пробормотала в ответ что-то невнятное и сделала еще глоток.
Вот так все и закончилось. Мартин Флетчер выбросился из окна, покончив с собой. А Фила рядом не оказалось, чтобы помочь ей. Чтобы спасти ее. Он пытался связаться с ней потом, когда узнал о случившемся. Но она не отвечала на его звонки. Правда, она знала, что он пытался звонить ей, но ее телефон был выключен. Он хотел сказать, что в лучшем случае задержится, а в худшем — не сможет сегодня прийти вообще. Произошло убийство, и его вызвали на место происшествия.
Но легче ей от этого не стало. И ничто не могло поправить ситуацию. Ей очень нужно было, чтобы он был рядом, а он не смог. И ничего с этим уже не поделаешь.