Онищенко и лейтенантом рисковать не стал, всё-таки люди знающие толк в обращении с бронетехникой, и без неё им никуда. В число неприкосновенных вошёл и подполковник. И звание его тут ни при чём. Как командир экипажа САУ незаменим. Сержант ранен — останется при них за стрелка крупнокалиберного пулемёта. Поэтому выбор Азаровским был сделан резонно в пользу Москаленко.
— Капитан…
— А чё сразу? — вспылил тот.
— Привык я к тебе…
— А я — нет…
— Да и потом нам с тобой не впервой вести общение с "живодёрами" и "мародёрами". Помнишь: кто кроме нас? А некому…
Как ни сопротивлялся капитан СБУ, а пришлось нехотя уступить старшему офицеру по званию.
— От холера ты, Валера… — не удержался Москаленко от колкого замечания в адрес бульбаша.
— Так тож моё погоняло на родине.
Капитану СБУ отвадилась роль второго номера в их пулемётном расчёте при РПД. Майор КГБ сунул ему коробки с патронами, а тот предпочёл обмотаться лентами из них.
— Демаскируешь и гремишь, — коротко пояснил Азаровский.
— На тебя не угодишь…
— Кто и куда — мы из-за тебя в такую задницу, а давно…
— Вона как, а я думал — сразу…
— Не начинай, дальше переговоры исключительно посредством жестов.
Майор продемонстрировал пару из них капитану, и они отправились на поиски атомной электростанции.
— Если сегодня не вернёмся, не отчаивайтесь, но позицию смените, да и САУ укройте от греха подальше… — настоял Азаровский при расставании с экипажем "Акации". От переговоров по рации, он также наотрез отказался. Сейчас это им ни к чему и хорошему не приведёт, разве что противника к ним. То, что они общаются посредством портативной связи, было очевидно, благодаря изъятому микрочипу. А им через него подключиться к ним не удавалось.
Капитан ещё предложил вставить его себе в ухо и…
— У тебя голова на плечах для чего дана, чтобы фуражку носить или думать, а не только есть в неё!
— А чё тут думать, когда и так всё очевидно: война нами проиграна и, по сути, закончилась для нас!
— Для тебя — может быть, но не для меня, — напомнил Азаровский лишний раз про партизанское движение. — И потом, кто из нас двоих хохол!
Дополнительно напомнил: находятся на Украине — родине Москаленко, а его постольку поскольку — сродни тоски по Советскому Союзу. Развалить такую огромную империю, надо было суметь — никто не мог победить. Внешний враг всегда терпел фиаско, но нашёлся внутренний — политики. Вот и теперь на них никакой надежды, а соответственно и на штабных генералов. Уже можно сказать: просрали свои тёплые места. Катастрофа неизбежна.
Москаленко давно выбился из сил, поэтому плевать хотел на всякую осторожность. И если Азаровский перемещался вдоль берега реки как тень подобно хищной кошке, стремящейся к водопою, где обычно собирались будущие жертвы, капитан демаскировал его своим поведением. Раз спугнул птиц. Вездесущие чайки… И моря им мало… А самих развелось… Даже в Беларуси водились на водоёмах и чаще озёрах, но и на спокойных реках с широкими берегами.
Раз испугались, значит, познакомились с людьми. Кто-то, по-видимому, охотился на них. Всё какая-то пища, пусть и не привычная дичь. А возможно и звери из числа тех, коих бросили против военных людей на зачистку дороги "живодёры" с "мародёрами".
— Да не шуми ты, — заставил Азаровский притихнуть Москаленко.
А тот и рад стараться — капитан рухнул как подкошенный, не помышляя больше вставать, рассчитывая наглым образом на привал.
— Никуда не уходи, я скоро вернусь, — решил немного побродить в одиночку Азаровский налегке. Забрал у капитана АК-74, а ему в свою очередь уступил РПД. Но вот оптический прицел прихватил, и пару гранат к тем, что имелись при нём. А вот обоймы к разгрузке не стал брать, обошёлся одной лентой из коробки.
— Ты это… — бросил ему напоследок Москаленко. — Не шибко там — и возвращайся…
— Сам не суетись — сиди тихо, но если что — уходи! Понял?
— Не понял?!
— Мало ли что…
— А что может здесь со мной случиться?
— С тобой — ничего… — отмахнулся Азаровский от капитана СБУ. Спорить с хохлом, всё равно, что ходить по малой нужде против ураганного ветра — больше неприятностей доставишь себе, и ему на потеху.
Было не до смеха. Сверившись с картой, Азаровский затеял срезать путь. Смысл петлять ему по извилистому берегу реки, когда можно идти напрямик от одного его изгиба до другого. А то дичь обитающая здесь и впрямь довольно пугливая. Может раскрыть его для противника. От них даже он не мог схорониться и не потому, что разучился маскироваться должным образом и свои действия, просто не хотел тратить лишнее время на такую ерунду. Применял навык лишь подбираясь ближе к водоёму, пока не приметил издалека выкрашенные в красно-белые цвета трубы АЭС. То, что это была именно атомная электростанция, сомневаться не приходилось. До неё где-то добрый десяток километров, а чуть в стороне у берега реки в небо поднимаются чёрные клубы дыма.