— Мы ещё повоюем с вами…
Сержант сидел в "Акации", располагаясь за НСВ "Утёс", готовясь в любой момент при их разоблачении открыть огонь на поражение по противнику, а Онищенко внутри самоходки на месте водителя, в то время как Азаровский с Москаленко и лейтенант с Косяченко таскали снаряды. И набралось порядка двух десятков. Им казалось: теперь они способны устроить настоящую диверсионную войну.
Не тут-то было. Азаровский лишил их половины боеприпасов и в основной массе кумулятивных, оставляя ни с чем — осколочными. Разве что по пехоте да самоходкам бить, а вот против танка им не устоять.
А оно им и не требовалось. Для диверсии самое то — большой разлёт осколков при обстреле колонны на мосту.
— Кажется, они собираются в обратный путь, — отметил Азаровский про себя, а затем озвучил для всех. — Снимаемся!
К тому времени Косяченко с лейтенантом наведались в 122-мм самоходную "Гвоздику", установив орудие в направлении моста. Суррогаты из числа "живодёров" им не мешали, уяснив: раз там действуют "мопсы" из разведки, значит самим там делать нечего — всё, что те нашли там — их и только. Соответственно самим нужны снаряды для сопровождения колонны, готовящейся к броску в направлении Винницы и далее на Черкассы.
— Эх, пристреляться бы… — посетовал подполковник на то, что у них нет учебных болванок вместо боевых снарядов. Но и то хорошо, что заранее предусмотрели — и вроде бы всё, а вот бой покажет — правы ли были, что послушались Азаровского.
Тот меж делом отправил сержанта с капитаном к подполковнику, а назад в "Акацию" потребовал вернуться лейтенанта.
Что-то вновь затеял, а непременно. Одно слово — диверсант. Постоянно нечто придумывал на ходу. И если удастся осуществить хотя бы одну часть его плана по подрыву моста, можно не сомневаться: починить суррогатам вряд ли его удастся. Главное заставить их попытаться восстановить переправу, чтобы они не пошли в обход моста к иному, стараясь выиграть время. А он в свою очередь у них. Тот ещё был тактик, а стратег.
Экипаж "Акации" двинул в сторону моста, отвлекая таким незатейливым образом внимание от неподвижной "Гвоздики".
И это было только начало, майор озадачил лейтенанта очередным заявлением:
— А слабо самим из "Акации" обвалить одну из опор?
— Можно попробовать, но стрелять придётся в упор прямой наводкой…
— Уговорил… — ухмыльнулся озорно Азаровский.
— Ах… ренеть… — не выдержал в свою очередь прапорщик. У Онищенко сдали нервы. — Так и по нам тож станут лупить прямой наводкой! Я на енто дело не согласен — не подписывался!
— Чё — слабо? Кишка тонка?
— Та ни, я без горилки не можу на такое пойтить!
— Извини, ничем помочь не могу…
— Да у мини е…
— Где взял? А раздобыл?
— Сам добыл из тормозной жидкости и лома…
— Это точно — против лома нет приёма, — согласился Азаровский уступить асу в вождении самоходок. — Ну, смотри — не подведи! И в первую очередь себя, а уж потом нас! И ты, лейтенант!
Они встали в ста метрах от моста, делая вид: прикрывают грузовики от возможного нападения противника извне, не спешили разворачивать башню орудием в сторону опор моста.
Медлить было нельзя. Сигналом должен послужить первый выстрел из "Гвоздики" и последующий за ним взрыв.
Дождались. Но всё, как и всегда, предусмотреть нельзя. Подполковник дал маху. У самоходки оказался сбит прицел. И сразу должен был учесть подобный момент, предвидя данный инцидент. Снаряд угодил в воду, подняв ил со дна и фонтан брызг обрушившихся на мост.
Суррогаты в мгновение ока засуетились на ином берегу, обнаружив стрелковую позицию противника при повторном выстреле. Диверсанты засели в "Гвоздике" не меняя позиции. А грузовики как шли по мосту и в его направлении, так и продолжали двигаться на небольшой скорости.
Один грузовой транспорт уже минул мост, второй был на нём, а третий только въезжал на него, мешая бронетехнике суррогатов переправиться на иной берег для уничтожения противника. Поэтому расчёт был прост — на экипаж "Акации" с "мопсами". А там не "мародёры" — диверсанты. И также обозначили себя для них в качестве противника, направив оружие при развороте башни на мост. Раздался выстрел прямой наводкой — и пришёлся не в опору моста, а грузовик. Попасть в машину не удалось, зато проделать выбоину на пути следования грузовой техники. Водителя изрешетило осколками в кабине, и она встала, влетев передними колёсами в яму.